Опечаленная, императрица-вдова хотела удалиться в свой дворец в Софийской гавани (бывшей Юлиановой, переименованной так при Юстине II). Император не позволил ей этого сделать и уговорил жить в царском дворце с подобающим августе штатом прислуги. Она же, затаив на пасынка обиду, попыталась лишить его престола в пользу его друга, Юстиниана, сына Германа (двоюродного брата Юстиниана I). Тиверий, уехавший на время сбора винограда в загородный дворец на Евдоме, был вынужден прервать отдых и немедленно возвратиться в столицу. София была низложена, лишена состояния и поселена в одном из дворцов под наблюдением доверенных людей Тиверия на положении частного лица с ноября 580 г.
Тиверий (Тиберий) II
Фракиец Тиверий[[33] занимал при Юстине II должность комита экскувитов. В 570 г. император поручил ему ведение переговоров с аварами[34], которые хотя и были отбиты ранее от Сирмия (бывшая столица королевства гепидов, которую захватили византийцы, ныне — г. Митровица), не прекращали нападать на границы ромейской державы. Историк Менандр отмечал, что «состоять в дружбе с аварами — кочевниками и пришельцами более тяжко, чем враждовать с ними, тем более, что дружба эта гнилая» [222, с. 262]. И верно, переговоры шли плохо, авары нарушали мир бесконечными стычками. Терпение Константинополя лопнуло, и в 573 г. Тиверий получил приказ начать против каганата войну. Но авары рассеяли византийскую армию, а самого Тиверия вынудили спасаться бегством. Это, впрочем, не подорвало к нему доверия императора и Софии, питавшей к обаятельному комиту чувства более теплые, чем просто дружеские. В конце концов Юстин усыновил его и объявил соправителем с титулом кесаря.
«Тиверий телом был очень высок и, при высоте роста, статен более, чем кто [либо] другой, так что прежде всего по виду достоин был владычествовать. При этом… душа его была кроткой и человеколюбивой, и уже первый взгляд располагал к нему всех» (Еваг., [33, с. 265]).
Тиверий раздал войскам очень большой донатив, снял пошлины на ввозимые в столицу вино и масло, а на ближайшее четырехлетие уменьшил на четверть государственные подати. Дары придворным и жителям столицы он назначил весьма щедрые, считая, что скопленные ценой слез и обнищания страны деньги лишь отягощают казну. «Зачем собрано столько золота, если всю землю душит голод?» — заявил кесарь [192, с. 59]. Такая щедрость вызвала тревогу царствующей четы, и те скоро ограничили Тиверия строго установленным годовым бюджетом, не позволяя тратить сверх этой суммы.
Ища дополнительной популярности в глазах народа, кесарь принял пользовавшееся доброй памятью имя основателя города и в официальных документах стал упоминаться как Imp. Caesar Tiberius Constantinus[35].
Ему досталось очень тяжелое наследство, ибо правление предшественников истощило страну, а как на Востоке, так и на Западе и в Африке «этого цезаря со всех сторон обступили войны: прежде всего война против персов и одновременно с ней война против всех других варварских народов, которые восстали на сильное царство ромеев и грозили ему со всех сторон. Равно и после смерти Юстина враги сильно на него налегли и особенно проклятые народы склавинов [славян. — С.Д.] и тех волосатых людей, которые зовутся аварами» (Иоанн Эфесский, [41, с. 114, цит. по 124, с. 28]).
Перемирие, заключенное Софией с Хосровом Ануширваном, персы нарушили очень скоро, в 576 г. напав на Каппадокию, где сожгли Севастию и разорили Мелитину. Полководец Юстиниан окружил увлекшегося грабежом неприятеля в горах Армении, но разногласия и неповиновение византийских командиров своему начальнику позволили шаху, лично руководившему походом, вывести свою армию из гибельного кольца, хотя на переправе через Евфрат персы понесли громадные потери. Войска ромеев, набранные среди задунайских варваров, повели себя в Армении хуже персидских захватчиков, зверствуя и обирая мирное население, и совершенно забыли о своих прямых обязанностях. Разложением армии Юстиниана воспользовался персидский воевода Тамхосров — неожиданно ворвавшись в Армению с крупными силами, он совершенно уничтожил лишенные всякой дисциплины византийские отряды, чем сорвал намечавшийся мир, который Хосров I (ум. ок. 578) и затем его сын Хормизд IV уже соглашались было принять на весьма невыгодных для себя условиях. Назначенный на Восток Маврикий (буд. имп.) за четыре года сумел улучшить дела, и в общем к концу правления Тиверия положение на персидских рубежах сложилось для византийцев благоприятное.