Халиф Абд-аль-Малик был заинтересован в поддержании с Византией мира (в государстве арабов не прекращались смуты), но Юстиниан II, собравший в Вифинии огромное войско греков и переселенных славян, сам его нарушил. Ни уговоры арабских послов, ни их щедрые посулы не отвратили жаждавшего военной славы василевса от похода. В 692 г. византийская армия встретилась с сарацинской у киликийского города Севастополиса. Воины халифа в качестве знамени насадили на копье ранее подписанный Юстинианом текст мирного договора. Перед битвой мусульмане подкупили славянского вождя Гебула, послав ему колчан, полный золота, и двадцать тысяч славян изменили императору. Юстиниан II проиграл сражение и в гневе распорядился казнить семьи предавшихся врагу. В следующем году арабы осадили Карфаген, а в Армении правитель Сумбат Багратуни поднял мятеж и объявил южные ее районы независимыми от империи.
Эти неудачи вызвали недовольство императором в столице. Как часто бывает в трудную годину, стали распространяться зловещие предсказания, огромную популярность приобрели астрологи и маги. Брожение усиливалось, а так как от непредсказуемого Юстиниана действительно можно было ожидать всякого, ему приписывались самые чудовищные планы.
В 695 г. император решил соорудить для дима венетов, к которым благоволил, фонтан и трибуну. Для этого оказалось необходимым снести так называемую «митрополичью церковь». Монарх потребовал у патриарха Каллиника освятить ее разрушение молитвой. Тот ответил, что знает молитву лишь на основание храма. Юстиниан II, свирепея, повторил распоряжение, и Каллиник прочел какую-то молитву, завершив ее многозначительными словами: «Слава тебе, Господи, долготерпеливому, и ныне, и присно, и во веки веков» (Феоф., [82, с. 270]). Снесение церкви многие расценили как проявление сатанинской сущности василевса, а так как в столице нашлись умело использовавшие настроения толпы люди, в Константинополе вскоре разразился бунт. Кто-то пустил слух, будто Юстиниан II намерен устроить резню своих противников среди жителей города, начиная с патриарха. Беспорядки организовал упомянутый ранее Леонтий. Толпа с криками «Сокрушим кости Юстиниана!» ворвалась в императорские покои, василевс был схвачен и приведен к Леонтию. Узурпатор сохранил ему жизнь, но приказал обезобразить — отрезать нос[56]. Ненавистные народу Стефан и Феодот были сожжены.
Изуродованного Юстиниана сослали в Крым, в Херсонес. До 698 г. свергнутый властитель жил в Херсонесе, пользуясь относительной свободой и составляя планы реванша. С воцарением Тиверия III (см.) жители города, тяготившиеся царственным ссыльным, начали просить двор забрать от них Юстиниана. Тот же, понимая, что ничего хорошего его в столице не ждет, бежал в крепость Дорас, а оттуда в Фанагорию, находившуюся под протекторатом хазарского кагана. Убедив последнего в своей политической жизнеспособности, Юстиниан, к тому времени овдовевший, взял в жены его сестру, при крещении, во имя славных традиций, получившую имя Феодоры. Однако затем каган, соблазненный блеском византийского золота, согласился предать зятя и выдать его императору Тиверию или позволить убить. Заговор стал известен Феодоре, и та открыла его мужу. Юстиниан Ринотмет сумел опередить своих убийц: заманив к себе двух ромейских чиновников, на которых была возложена эта миссия, он, человек сообразительный и физически сильный, задушил их поодиночке петлей. Потом Ринотмет отослал Феодору к ее брату, не желая рисковать беременной женой, а сам, неугомонный, отправился на поиски более надежных союзников. Он поплыл к устью Дуная, во владения болгарского хана Тервеля, сына Аспаруха. В пути Юстиниана и немногих оставшихся с ним приближенных захватила страшная буря. Раб свергнутого императора посоветовал ему, дабы умилостивить стихию, дать Богу обет пощадить всех своих врагов, если удастся спастись и вернуть трон, на что «тот с гневом отвечал ему: «Если я пощажу кого-нибудь из них, то потопи меня Бог в этом море!» (Феоф., [82, с. 274]) Снедаемый жаждой мщения, Ринотмет заключил с болгарским ханом союз и с набранным войском болгар и славян летом 705 г. неожиданно появился у константинопольских стен.
Три дня Юстиниан II убеждал впустить его в город, но воины Тиверия III лишь насмехались над ним с высоты укреплений столицы. В ночь на четвертый день Ринотмет с несколькими сотнями добровольцев проник в город по разрушенному в 626 г. аварами водопроводу и захватил Влахернский дворец. Тиверий не сумел организовать сопротивление и оказался схвачен, а офицеры гарнизона во главе с его братом Ираклием были повешены у городской стены.