К сожалению, как известно Германия тогда в 1923 г. так и не стала советской. Однако работа советских спецслужб в ней не только не прекратилась, но даже усилилась.
К началу 20-х годов агентурная сеть Берлинского центра насчитывала уже свыше сотни человек, а к середине этого десятилетия им были организованы резидентуры в ряде важнейших в разведывательном отношении стран Восточной и Западной Европы, включая Францию, Польшу и Италия.
Однако руководить сложившимися тогда в Европе крупными агентурными организациями из одного Берлинского центра становилось все сложнее. Объединенная сеть явно была слишком велика для одних рук. Кроме того, появились и другие проблемы. Мощный Берлинский центр становился трудноуправляемым. Он слишком полно реализовывал свою автономию и в ряде случаев выходил из-под контроля руководства, а по некоторым вопросам вообще не считал нужным информировать
Москву или ставил Центр перед свершившимся фактом. Поэтому руководство Разведывательного управления в 1924 г. приняло, все-таки, решение о ликвидации Берлинского центра и создании самостоятельных резидентур во Франции, Италии, на Балканах и в других странах, с непосредственным подчинением их Разведупру, а Берлинский центр был превращен в Берлинскую резидентуру. Однако старые связи остались, и впоследствии Берлинская резидентура не ограничивалась разведкой только в Германии, а выполняла некоторые задачи и в других европейских странах.
Задачи немецкой резидентуры были весьма разнообразными. Помимо чисто разведывательных задач именно через нее шло нелегальное военное сотрудничество рейхсвера и РККА, продолжавшееся вплоть до 1933 г. Ведущие сотрудники резидентуры, такие, как Артур Сташевский, Семен Фирин, Яков Фишман, Валентин Кангелари, а позднее — официальный военный атташе непосредственно занимались поддержанием контактов между представителями двух армий и налаживанием научнотехнического обмена в оборонных отраслях.
Несколько слов надо сказать и об агентах, работавших на Разведупр в Германии. Среди них одним из самых интересных и неоднозначных был Владимир Федорович Петров, или Вольдемар фон Петров, как называли его на Западе.
Петров родился в 1896 г. в Иркутске в семье крупного уральского промышленника. Позднее один из его братьев перебрался в Париж, а другие родственники обосновались в Америке. Сам Петров окончил училище правоведения, был ротмистром царской армии, в совершенстве владел немецким и французскими языкам, неплохо знал и английский язык.
Оказавшись после гражданской войны в эмиграции в Германии, он устроился на работу в японскую военную миссию в Берлине. А в 1923 г. установил связь с советской военной разведкой, где проходил под псевдонимом Дипломат. После этого копии всех документов и материалов, к которым он имел доступ, регулярно поступали в берлинскую резидентуру Разведупра. Среди них стоит отметить дипломатическую переписку между правительствами стран Антанты, экономические и политические доклады о положении в Германии, получаемые от японского агента в германском МИДе. Кроме того, он имел отличные связи в белогвардейских кругах Берлина, постоянно контактировал с контрольной комиссией, был лично знаком со многими офицерами рейхсвера, имел доступ к информации о деятельности «Союза балтийских воинов» и работе объединенных национальных союзов103.
В середине 1920-х гг. Петров обзавелся тремя агентами. Один из них — начальник германской морской разведки, другой — английский разведчик Эллис, третий — один из директоров «Дойче Верке». Примечательно, что первых двух агентов Петров завербовал от имени японской разведки. От них он получал информацию о деятельности английской разведки в Вене против Германии, Италии, Чехословакии, Румынии, Венгрии, СССР, документы иностранных разведок по военно-морскому флоту и морской авиации, важные политические материалы и многое другое104.
К началу 1930-х гг. Петров был уже самостоятельным и высококвалифицированным разведчиком, имел свою агентуру, контактировал с немецкой разведкой и контрразведкой, с германским МИДом, с берлинскими финансовыми и промышленными кругами. Но его коммуникабельность сослужила ему плохую службу. Связь «Дипломата» с разведками нескольких государств — японской, английской, французской и немецкой — привела к тому, что в Советском Союзе ему приклеили ярлык «международного шпика», а получаемая от него информация стала считаться сомнительной. В связи с этим в марте 1935 г. Разведупр временно прекратил с ним связь. Однако в 1937 г. руководством военной разведки было принято решение о восстановлении контактов с «Дипломатом». Но массовые чистки в центральном аппарате разведки помешали этому.