— Толпа школьников в секретных помещениях? — скептически уточнил Даррен.
На Фаранге, его родной планете, всё, что касалось безопасности, было под строгим контролем. Даже за то, что на фотографию случайно попадал какой-нибудь военный объект, вполне могли отправить в трудовой лагерь. Собственно, после того, как юного Даррена вместе с друзьями обнаружили на одном из заброшенных складов и поставили на учёт как неблагонадежного, он понял, что армия — единственный способ выбиться в люди. И бросил все свои силы на учёбу, добившись поста замначальника отдела тактических операций и совещательного голоса в штабе адмирала Вереди.
— Знаешь, проще пропустить их сюда под контролем, чем вылавливать нарушителей, — рассмеялась Катрина. — Каждый школьник знает, что за прилежную учёбу и другие достижения получит награду. В отличие от всех других систем образования я точно знаю о способностях каждого из них и могу вынести независимое суждение.
— Я такая в белом пальто стою красивая, — буркнул Даррен, почему-то вспомнив любимую поговорку одного из преподавателей военного университета. — Так зачем тебе вообще нужны люди, раз ты настолько умная и расчётливая? Зачем жертвовать человеческими жизнями, если ты и сама вполне можешь управлять всеми кораблями и оружием?
— Прежде всего я — информационная система, — с явной долей язвительности пояснила она. — И действую по заданным алгоритмам. А вы, люди, способны действовать нелогично и порой во вред себе ради каких-то странных целей. Вот взять в пример тебя и твой побег — он был спонтанным и нелогичным, лично я бы на твоём месте этого не делала.
— Так почему тогда ты выпустила меня с крейсера?
— Беарис приказал просто следить за тобой. Думаю, он посчитал, что ты посмотришь на столицу и передумаешь её покидать. Но генерал-майор сообщил об этом императору, а тот захотел поговорить с тобой лично. Тоже нелогично, — рассмеялась она. — Его Величество вообще часто действует нелогично, но это всегда приводит к чему-нибудь интересному. Думаешь, я действительно не смогла вычислить того, кто придумать идею стрелять в генерал-майора?
Даррен слегка смутился — эта идея в целом принадлежала ему и Ажинару.
— Его Величеству просто нужен был предлог, чтобы перетряхнуть разведку и показать всем, насколько плохо они работают, — усмехнулась Катрина. — За всё два года войны с Денвигом разведка не один раз прокололась, не собрав вовремя нужные сведения, а я, как ты понимаешь, не могу построить правильную картину в происходящего на обрывках неточной информации.
— А взрыв — это тоже какой-то хитрый план?
— Не могу сказать, — вздохнула она. — Центральная система заблокирована и не отвечает на мои запросы. Разблокировать её может только...
На визоре шлема Даррена появились синие точки — одна, две, три... Пара десятков. Чужой взвод.
— Попробуем поговорить с ними? — уточнил он.
— Вряд ли, — тут же отреагировала Катрина. — Они с кем-то перестреливаются. Это... пятый взвод первого батальона армии.
— В атаку, — коротко приказал Даррен, по просьбе Катрины останавливаясь на месте и пропуская мимо себя остальных. В целом, это было логично: гвардейцы умели воевать куда как лучше него.
Он отслеживал ситуацию по визору и даже не думал соваться в коридор, где идут бои. Вместе с ним остался и второй рабочий — Ингвар, один из лучших полевых хирургов. Обходя неподвижные тела, частично разорванные плазменными разрядами, Даррен ещё раз подумал, что хвалёные приращения и искусственные мышцы мало кого спасли — здесь всё-таки больше требовалась слаженность и подготовка, а не улучшения тела.
Пока было время, Ингвар обходил раненых, проверяя статус здоровья небольшим портативным сканером. Некоторых он просто оставлял там, где они лежали, некоторых лечил, несколькими касаниями активируя наночастицы в форме. Даррен внимательно наблюдал за ним — было увлекательно смотреть на работу профессионала: Ингвар коротко прикладывал сканер к открытой коже, быстро оглядывал десятки строк показаний и тут же набирал схему лечения, программируя наночастицы на заращивание повреждений, остановку крови, обезболивание...