Даже если критика империализма и капиталистической экспансии зачастую ведется в поддающихся количественному определению строгих экономических понятиях, интересы теоретиков марксизма являются в первую очередь политическими. Это не означает, что экономические расчеты (и их критика) не должны приниматься всерьез; скорее, это значит, что экономические отношения должны рассматриваться в их реальном выражении в историческом и социальном контексте, как часть политических отношений управления и господства[350]. Первостепенной политической задачей этих авторов при изучении проблем экономической экспансии является задача выявить неотвратимость связи капитализма и империализма. Если капитализм и империализм сущностно взаимосвязаны, то логично предположить, что борьба с империализмом (а также с войной, бедностью, обнищанием и порабощением, являющимися его следствиями) должна быть непосредственно направлена также и против капитализма. Любая политическая стратегия, нацеленная на реформирование нынешней структуры капитализма с тем, чтобы сделать ее не-империалистической, представляется тщетной и наивной, поскольку сама сущность капиталистического воспроизводства и накопления с необходимостью предполагает империалистическую экспансию. Капитал не в состоянии действовать иначе, такова его природа. С пороками империализма можно справиться только уничтожив сам капитализм.
В работе Ленина об империализме главным образом обобщаются концепции других авторов с целью сделать их выводы доступными широкой публике[351]. Текст Ленина, однако, содержит ряд новых моментов, наиболее существенным из которых является критика империализма с точки зрения субъекта, что связывает ее с марксистским понятием "революционного потенциала кризисов". Ленин обеспечил нам набор инструментов, ряд механизмов для выработки антиимпериалистической субъектности.
Ленин зачастую излагает свои доводы в полемическом ключе. Его анализ империализма ведется преимущественно путем опровержения тезисов Рудольфа Гильфердинга и Карла Каутского. Однако для того, чтобы критиковать, Ленин тщательно рассматривал и иногда представлял как свое собственное мнение теоретические положения этих двух авторов. Что самое главное, Ленин принимал важнейшее положение Гильфердинга о том, что экспансия капитала, осуществляемая посредством создания методами империализма мирового рынка, ведет к росту препятствий для Ausgleichung (выравнивания) нормы прибыли в различных отраслях и секторах производства. Так или иначе, бескризисное капиталистическое развитие зависит от процесса или, по крайней мере, от тенденции выравнивания экономических условий: одинаковые цены на одинаковые товары, равная прибыль на равный капитал, равная зарплата и равная норма эксплуатации при равной работе и т. д. Гильфердинг признавал, что империализм, структурирующий нации и определяющий территории развития капитализма все более жестким образом, а также наделяющий монополии ведущих стран властными полномочиями, препятствует выравниванию нормы прибыли и, таким образом, подрывает возможность продуктивного опосредования капитализмом процессов мирового развития[352]. На самом деле, господство монополий и раздел ими мирового рынка делает процесс выравнивания практически невозможным. Только в случае вмешательства национального центрального банка или, что еще лучше, мирового центрального банка подобное противоречие, предвещающее как торговые войны, так и реальные сражения, может быть сглажено и сведено к нулю. Короче говоря, Ленин принимал предположение Гильфердинга о том, что капитал вошел в новую фазу мирового развития, характеризующуюся возникновением монополий, и что это ведет как к обострению противоречий, так и к кризису процесса выравнивания нормы прибыли. Однако он отрицает, что утопия мирового центрального банка может всерьез приниматься в расчет и что Aufhebung (снятие) кризиса мирным путем может быть когда-либо достигнуто при капитализме.
Ленин рассматривал позицию Каутского, для которого работа Гильфердинга также служит отправным моментом для размышлений, как еще более утопическую и вредную: Каутский предполагал, в действительности, что капитализм способен достичь реального политического и экономического объединения мирового рынка. За ожесточенными конфликтами периода империализма может последовать новая мирная фаза капитализма, фаза "ультраимпериализма". Магнаты капитала способны создать единый мировой трест, вытеснив соперничество и борьбу, связанную с существованием национального капитала, единством финансового капитала. Таким образом, утверждал Каутский, мы можем представить себе такое будущее, когда капитал сможет устранить кризисы и добиться разрешения противоречий, когда уже не мировой центральный банк, а силы рынка и монополии, в той или иной мере регулируемые государством, в определенной степени обеспечат выравнивание нормы прибыли в глобальном масштабе[353]. Ленин соглашался с основным тезисом Каутского, полагавшего, что тенденцией капиталистического развития является переход национального финансового капитала к сотрудничеству в мировом масштабе и, вероятно, к созданию единого мирового треста. Однако резкие возражения Ленина вызывало то обстоятельство, что у Каутского воображаемое мирное будущее выступает средством отрицания динамики настоящего; таким образом, Ленин отвергал его "глубоко реакционное стремление притупить противоречия"[354]. Вместо того, чтобы дожидаться прихода в будущем некоего мирного "ультраимпериализма", революционеры должны действовать сейчас, используя противоречия, порожденные существующей ныне империалистической организацией капитала.
350
"Подобно власти, наиболее глобальным выражением которой он служит, империализм не является понятием, которое может сформировать предмет какого-то четкого экономического определения. империализм может быть понят только на основе полностью разработанной теории государства". Michel Aglietta, A Theory of Capitalist Regulation, trans. David Fernbach (London: New Left Books, 1979), p. 30.
351
Прежде всего см.: Ленин В. И., "империализм как высшая стадия капитализма", Избранные сочинения, в 10-ти тт., т. 6: 1910–1917 (М.: Политиздат, 1985), сс. 34-439, Также: Ленин В. И., "Тетради по империализму", Полное собрание сочинений, т. 18.
352
Гильфердинг Р., Финансовый капитал (М.; Л.: Соцэкгиз, 1959), сс. 245–341. Анализ Гильфердинга в значительной степени опирается на марксову теорию выравнивания общего уровня прибыли посредством конкуренции. Маркс К., Капитал, т. 3. Маркс К., Энгельс Ф., Сочинения, изд. 2-е, т. 25. ч. 1, сс. 189–218.
353
Karl Kautsky, "Zwei Schriften zum Umlernen", Die NeueZeit, April 30,1915, p. 144. Выдержки из работ Каутского об империализме включены: в Karl Kautsky: Selected Political Writings, ed. and trans. Patrick Goode (London: Macmillan, 1983), pp. 74–96.
354
В. И. Ленин, "Предисловие к брошюре Н. И. Бухарина Мировое хозяйство и империализму, Полное собрание сочинений, т. 27, с. 97. См. также.: Ленин В. И., "империализм как высшая стадия капитализма", Избранные сочинения, в 10-ти тт., т. 6: 1910–1917 (М.: Политиздат, 1985). с. 394. Здесь мы должны заметить, что, хотя Ленин несомненно прав, утверждая, что позиция Каутского является отступлением от метода Маркса, поскольку он игнорирует потенциальные конфликты и практические возможности текущего момента, анализ Каутским тенденции к формированию единого мирового рынка находит соответствие в трудах Маркса, особенно в его статьях о колониализме в Индии, в которых он сформулировал идею существования тенденции империалистического развития, напрямую ведущей к формированию мирового рынка. См. в особенности: Маркс К., "Будущие результаты британского владычества в Индии", Маркс К., Энгельс Ф., Сочинения, изд. 2-е, т. 9, с. 214.