Джулия коснулась его лица. Габриель наклонился к ее руке и закрыл глаза. Она приложила большой палец к его губам. Их поцелуй был долгим и страстным. Дыхание Джулии участилось. Она подумала, что момент кульминации наступит через считаные минуты.
Джулия ждала, когда его тело прижмет ее к постели, а его член окажется там, где недавно побывали его пальцы. Но Габриель снова ее удивил. Он терпеливо улыбнулся и поднялся над нею, опираясь на одну руку.
— Это не самая лучшая поза. Нам нужно поменяться местами.
— Я думала… я должна быть под тобой. Разве это неправильно?
— Это самая неудобная поза для расставания с девственностью, — объяснил Габриель, нежно целуя ей плечи.
— Мне бы понравилось.
— Только не для твоего первого раза, — улыбнулся Габриель. — Иначе я могу причинить тебе боль и даже не заметить.
«Боль?» — мысленно повторила Джулия и сразу насторожилась.
Габриель это увидел, и у него замерло сердце. Он взял ее лицо в ладони, как делал всегда, когда хотел ее успокоить.
— Джулианна, ну чего ты испугалась? Я только упомянул о боли, но ни в коем случае не сделаю тебе больно. Я же не мальчишка-подросток, которому надо успеть до прихода родителей. И я не он. Я буду с тобой очень-очень-очень осторожен. Вот потому я и против «миссионерской» позы.
— Но почему? — продолжала недоумевать Джулия.
— Из-за нагрузки на твое тело. Мой вес превышает твой, поэтому я буду давить на тебя, даже если перенесу центр тяжести на колени. В данном случае гравитация играет против нас. А когда ты находишься сверху, ты можешь управлять движениями, глубиной моего проникновения в тебя. Все управление я отдаю тебе. Доверься мне, — шепотом добавил он, целуя в ухо.
Габриель продолжал ласки, шепча слова восхищения. Он гладил ее шелковую, почти прозрачную кожу. Затем осторожно поднял Джулию и поменял положение. Теперь он лежал на спине, а она — на нем.
Когда голова Джулии легла ему на грудь, он зашептал по-итальянски:
Габриель воспевал ее красоту и доброту, сравнивая с жемчужиной и утверждая, что во всех чертах ее лица запечатлена Любовь. Джулия прошептала слова благодарности и смолкла, чтобы слышать биение его сердца. Она до сих пор не могла привыкнуть к мысли, что человек, которого она столько лет любила безответно, сейчас рядом с нею, в ее объятиях. Она не могла насладиться прикосновением к нему, ее глаза жаждали снова и снова смотреть на совершенные пропорции его тела. Ее пальцы дотрагивались до его бровей, замирали в ямке над такой чувственной верхней губой, скользили по лицу…
Габриель приподнялся, чтобы поцеловать ее. Он поводил языком по ее рту, а потом взял в рот нижнюю губу. На несколько мгновений они замерли, разгоряченные желанием. Джулия тоже превратилась в исследовательницу тела Габриеля, водя по его лицу, груди, бедрам. Потом она, продолжая целовать Габриеля в шею, отважилась взять в руку напряженный член.
Габриель тихим урчанием дал ей понять, как ему это приятно. Джулия почувствовала себя увереннее и уже смелее ласкала член. Теперь грудь Габриеля покрылась не только следами поцелуев, но и капельками пота.
— Джулия, а ведь я еще не закончил поклонение тебе, — хрипло произнес он, не желая, чтобы волна наслаждения помешала ему исполнить ритуал.
Джулия нехотя разжала руки. Габриель широко развел ей бедра, чтобы они обхватили его. Эта поза была для нее совершенно незнакомой, не говоря уже о дрожащем от нетерпения члене, который двигался словно сам по себе и все время утыкался ей в промежность. Внутри Джулии вновь зашевелилось беспокойство.
Габриель прижал ладонь к ее сердцу, которое от этого прикосновения забилось быстрее.
— Джулия, тебе хорошо?
Она подалась вперед, и теперь волосы заслоняли ей лицо. Габриель откинул их. Ими он насладится, но не сейчас.
— Джулия не надо скрытничать. Мне нужно видеть твое лицо.
Она закусила нижнюю губу и отвернулась.
— Что случилось?
Джулия покачала головой.
— Любовь моя, сейчас не время для стыдливости. Расскажи мне, в чем дело.
Джулия глядела на его грудь, изо всех сил стараясь не замечать дракона. Ей казалось, дракон насмехается над нею, давая понять, что останется здесь навсегда.
48