Вместе с тем общий состав людей, подвергшихся остракизму за полтора месяца и прежде ничем не связанных между собой, кроме пребывания в ЦК и борьбы со сторонниками Троцкого и Зиновьева, оказался необычайно пёстрым, разнообразным как по должностям, так и местам работы. Он включал шесть первых секретарей крайкомов и обкомов, секретаря ЦК КП(б) Украины, заместителя заведующего агитпропом ЦК ВКП(б), четырёх членов Совнаркома СССР, пятерых — РСФСР, по одному — УССР и БССР, четырёх работников советских органов столь же высокого уровня. Из Москвы, Киева, Минска, Тбилиси, Смоленска, Курска, Одессы, Симферополя, Куйбышева, Свердловска, Иркутска, Хабаровска. Столь странный географический разброс, да ещё при отсутствии даже намёка на некую объединяющую «контрреволюционную организацию», вполне мог означать, что кем-то найден метод, позволяющий предъявлять обвинения и карать любого представителя широкого руководства.
…Члены ЦК собирались в Москве крайне медленно — из-за продолжавшихся в ряде регионов страны выборов в партийных организациях. Скорее всего поэтому сталинская группа вновь изменила повестку дня пленума. Первым основным вопросом после сообщения Ежова стали рутинные проблемы сельского хозяйства — доклады наркома земледелия СССР М.А. Чернова «О введении правильных севооборотов» и «О мерах улучшения машинно-тракторных станций», Я.А. Яковлева «Об улучшении семян зерновых культур». Слушание и обсуждение их заняло три с половиной дня, с вечернего заседания 23 июня по 26 июня, за которые все члены ЦК не только собрались в столице, но и успели познакомиться с двумя предложениями ПБ и проголосовать по ним. И лишь затем, 27 июня, выступил Я.А. Яковлев с основным для пленума докладом — о новом избирательном законе, который был предварительно рассмотрен специальной комиссией, образованной ПБ ещё 26 мая и включавшей, естественно, Яковлева, а также председателя ЦИК СССР М.И. Калинина, секретаря ЦИК СССР И.А. Акулова, правоведов — наркома юстиции СССР Н.В. Крыленко и прокурора СССР А.Я. Вышинского, заведующего Агитпропом ЦК А.И. Стецкого и председателя правительства Украины П.П. Любченко[521].
Яковлев начал своё выступление беглым, предельно кратким напоминанием об особенностях новой избирательной системы. О том, что выборы отныне будут всеобщими, равными, прямыми, тайными. Затем перешёл к пятой особенности предлагаемого им проекта закона.
«Конституция СССР предоставляет каждой общественной организации и обществу трудящихся право выставлять кандидатов в Верховный Совет СССР… Эта статья имеет огромное значение, она внесена по предложению товарища Сталина. Её цель — развить, расширить демократию… Эта статья обеспечивает подлинный демократизм на выборах в советы. На окружные избирательные комиссии возлагается обязанность зарегистрировать и внести в избирательный бюллетень по соответствующему округу всех без исключения кандидатов в Верховный Совет СССР, которые выставлены общественными организациями и обществами трудящихся (выделено мной — Ю.Ж.)… Отказ окружных по выборам… комиссий в регистрации кандидата в депутаты может быть обжалован в двухдневный срок в Центральную избирательную комиссию, решение которой является окончательным. К кандидатам в депутаты не предъявляется никаких особых требований, кроме предъявляемых к любому избирателю… От общественных организаций, выставивших кандидатов, требуется лишь, чтобы они были зарегистрированы в установленном законом порядке и представили протокол собрания или заседания, выдвинувших кандидата, по установленной форме в избирательную комиссию»[522].
Так, хотя и в предельно завуалированной форме, но с угрожающей ссылкой на Сталина как автора данного предложения, Яковлев сообщил участникам пленума об альтернативности предстоящих выборов, о состязательности на них, определяемой тем, что теперь не только партия, но и любая общественная организация, в том числе и её местные отделения, а также любые собрания граждан будут выставлять собственных кандидатов, да ещё ни с кем не согласуя их. Таких кандидатов, которые отвечают не чьему-либо, а действительно только их собственному волеизъявлению. И тут же Яковлев перешёл к ещё более значимому.
Проект закона, отметил он, предусматривает исключение «всяких попыток исказить результаты голосования и действительную волю трудящихся… Некоторые формальности, введённые этой (VIII — Ю.Ж.) главой, могут показаться некоторым товарищам излишними и даже бюрократическими, но там, где вопрос идёт о создании высшего государственного органа, никакая формальность не будет излишней».