Именно они, а также и остальные — почётные, как Н.К. Крупская и Г.М. Кржижановский, либо номинальные члены ЦК и 68 кандидатов в члены ЦК — в день закрытия съезда, 10 февраля, собрались на свой первый пленум 17-го созыва, для того чтобы образовать постоянно действующие высшие органы партии. Однако и в его ходе новаций не было. ПБ избрали в том же составе, который сложился ещё в декабре 1930 г.: Андреев, Ворошилов, Каганович, Калинин, Киров, Косиор, Куйбышев, Молотов, Орджоникидзе, Сталин плюс кандидаты в члены ПБ — Микоян, Петровский, Постышев, Рудзутак, Чубарь. Лишь секретариат подвергся небольшим изменениям. В него, как и прежде, вошли Сталин, но уже без титула «генеральный», и Каганович; новичками же в такой должности стали Жданов и Киров. Из этих людей и сложилась вершина многоуровневой пирамиды власти — неизменное, хотя и неформальное узкое руководство. Его старый состав — Сталин, Молотов, Каганович, Ворошилов, Орджоникидзе — пополнился Ждановым, что и превратило «пятёрку», в «шестёрку».
Вполне реальная, полная и безраздельная власть узкого руководства или, как её называли, сталинской группы, выражалась в полномочиях её членов. Сталин, как председательствующий на заседаниях ПБ и секретариата, сохранил за собой общее руководство, то есть право утверждать ту или иную повестку дня и определять степень готовности выносимых на рассмотрение проектов решений. Схожие функции, но только применительно к СНК СССР, остались за Молотовым. Ворошилов, как и прежде, возглавлял то самое ведомство, которое со времён гражданской войны рассматривалось всеми как главная гарантия существования и безопасности советской власти — наркомат по военным и морским делам. Орджоникидзе продолжал лично контролировать важнейшую в условиях индустриализации тяжёлую промышленность, включавшую теперь такие новые для страны отрасли, как авиационная, автомобильная, тракторная.
Двое членов узкого руководства согласно решению ПБ от 10 марта[59] разделили между собой ответственность за народное хозяйство. Л.М. Каганович, оставаясь 1-м секретарём МК и избранный председателем новой лишь по названию Комиссии партийного контроля, за которой сохранились функции прежней ЦКК, получил дополнительно ещё и должность заведующего транспортным отделом ЦК — стал куратором наркомата путей сообщения и главного управления дорожного транспорта при СНК СССР при заместителе Жданове, отвечавшем за водный транспорт. Тому же Жданову, утверждённому поначалу ещё и заведующим сельскохозяйственным отделом, вверили заботу обо всём аграрном секторе, то есть наркоматах земледелия, зерновых и животноводческих совхозов, комитете заготовок при СНК СССР. Затем, с 10 апреля, став заведующим другим отделом, планово-финансово-торговым[60], он получил контроль за деятельностью наркоматов финансов, внешней торговли, снабжения, Госбанка СССР. Тем самым Жданов, не только не член ПБ, но даже ещё и не кандидат в члены, вставал попеременно то над членом ПБ Куйбышевым, то над кандидатом в члены ПБ Микояном. Собственно, в этих, казалось бы, нарушениях иерархической подчинённости и заключалась сущность узкого руководства.
Остальные члены и кандидаты в члены ПБ, включая и избранного секретарём ЦК Кирова, но игравшего ту же роль, что и Косиор, составили не второй, а всего лишь третий уровень власти. Помимо исполнения прямых обязанностей, они должны были своими голосами одобрять либо отклонять решения ПБ и постановления ЦК, являвшиеся обязательными не только для партии, но и — как совместные постановления ЦК ВКП(б) и СНК СССР — для всей страны. Сами же проекты таких решений задумывались и готовились на втором уровне, которым являлась также немногочисленная группа, включавшая преимущественно остальных заведующих отделами ЦК. Д.А. Булатов был утверждён на важнейшем для региональных партийных комитетов посту заведующего ОРПО. Н.И. Ежов возглавил на сей раз промышленный отдел, который надзирал за работой прежде всего выделенных в 1932 г. из ВСНХ наркоматов лесной и лёгкой промышленности и тех предприятий, которые в соответствии с решением ПБ от 15 марта 1934 г. предстояло передать в ведение совнаркомов союзных и, возможно, автономных республик[61]. Вместе с тем по совместительству Ежова утвердили ещё и в должности заместителя председателя КПК. А.И. Стецкий получил теперь в своё подчинение оба прежних идеологических отдела, объединённых в культпроп. А всего через месяц эту группу пополнил Я.А. Яковлев, сменивший 10 апреля Жданова в должности заведующего сельскохозяйственным отделом[62]. Кроме того, в тот же второй эшелон власти входил и М.М. Литвинов, нарком иностранных дел, ибо все вопросы внешней политики обсуждались и решались исключительно внутри узкого руководства Сталиным, Молотовым, Кагановичем и, в случае необходимости, Ворошиловым.
59
Российский государственный архив социально-политической истории (далее РГАСПИ). Ф. 17. Оп. 3. Д. 941. Л. 14.