Санция, после смерти их родителей, взяла на себя ответственность за воспитание Иоанны и ее младшей сестры. Если учесть, что ей пришлось выслушать три сотни проповедей деда, а ее бабушка в это время занималась духовной индоктринацией, то неудивительно, что Иоанна освоила латынь. Было бы, удивительно, если бы она ее не выучила.
Однако, несмотря на все старания бабушки, годы становления Иоанны были далеко не спокойными. При Неаполитанском дворе действовали другие мощные силы, о которых Иоанна не могла не знать даже будучи ребенком. Ведь с атмосферой жесткого аскетизма, которую насаждала Санция, соперничал слишком материальный и явно менее добродетельный мир королевского окружения. В XIV веке дворы государей были заполнены членами правящей семьи, и Неаполь не был исключением. Среди множества родственников, которые вращались в блестящем светском вихре столицы, выделялась одна женщина, а именно тетя Иоанны, Екатерина Валуа, вдова младшего брата Роберта Мудрого, Филиппа, принца Тарентского.
Екатерина была старшей единокровной сестрой матери Иоанны (отцом обеих был Карл Валуа). Екатерина вышла замуж за Филиппа в 1313 году, когда Филиппу было тридцать пять лет, а ей — всего десять и была его второй женой. С первой он развелся по сфабрикованному обвинению в супружеской измене после пятнадцати лет брака и шестерых нажитых детей, чтобы жениться на Екатерине, у которой было то, чего он очень хотел. Она была единственной наследницей титула императрицы Константинополя.
В том, как десятилетняя французская принцесса унаследовала законные права на столицу Византии, возможно, самый желанный город в истории, проявилась специфическая средневековая изворотливость. За столетие до этого, в 1204 году, армия Четвертого крестового похода, направлявшаяся в Святую землю, чтобы освободить Иерусалим, вместо этого разграбила Константинополь, хотя это был христианский город, а греки фактически являлись верными союзниками Папы в борьбе с мусульманами. За три дня крестоносцы, призванные защищать христианский мир, успели уничтожить многовековое наследие самой прекрасной культуры, какую мог создать цивилизованный мир. Очевидец этого разгула грабежа и насилия, Никита Хониат, так описывал бесчинства крестоносцев: "Они уничтожали святые образа и бросали священные реликвии Мучеников в такие места, которые мне стыдно назвать, разбрасывая повсюду тело и проливая кровь Христову… Что касается осквернения ими великого собора, то они разобрали его главный алтарь и поделили между собой все ценные предметы, находившиеся там… И они ввели лошадей и мулов, чтобы им сподручней было увезти священные сосуды, кафедру, двери и предметы обстановки; когда некоторые из этих животных случайно оскальзывались и падали, то крестоносцы протыкали их своими мечами, оскверняя собор их кровью и калом"[23]. Закончив грабить, рыцари-крестоносцы, многие из которых были младшими сыновьями знатных семей Франции, решили остаться и править городом по своему усмотрению. Они избрали одного из своей компании императором, а затем разделили территории к западу и югу от столицы между собой в порядке убывания знатности. Так была основана Латинская империя, названная так по официальному языку западной Церкви.
Грекам потребовалось почти шестьдесят лет, чтобы отвоевать Константинополь, и в 1261 году им это удалось, заставив последнего латинского императора Балдуина II бежать из города в такой спешке, что он оставил там свои личные вещи. Добравшись до Италии, Балдуин II заключил сделку с прадедом Иоанны Карлом Анжуйским, по которой изгнанный император уступил Карлу княжество (принципат) Ахайя на полуострове Пелопоннес в обмен на помощь Карла в восстановлении его на троне империи. Хотя запланированное вторжение так и не состоялось, так как флот Карла был уничтожен особенно сильным штормом, Ахайя все же осталась в руках Анжуйской династии. В 1294 году Карл Хромой передал это княжество своему сыну Филиппу, принцу Тарентскому. Наследование Ахайи несло в себе невысказанную надежду на то, что Филипп расширит владения семьи на востоке. Так он и сделал, собрав армию и завоевав важный город Дураццо на побережье Албании. В оживленном и укрепленном порту, Дураццо начиналась Эгнатиева дорога (Via Egnatia), главный дорога с востока на запад Византии, которая вела прямо в Константинополь. "Теперь мы говорим об Албании, которая с южной стороны находится рядом с Грецией", — писал европейский хронист, вероятно, член ордена доминиканцев, в 1308 году в сочинении под названием An Anonymous Description of Eastern Europe (Анонимное описание Восточной Европы):