Алиса Миллиган рассказала мне, что верит, будто в этой маленькой церкви похоронены два таких предводителя – клана О’Нейллов и клана О’Доннеллов. Сейчас она носила имя Святого Ефрема и принадлежала к сирийским католикам. Алиса сказала, что здесь встречаются члены очень консервативной католической организации.
– Роялисты, – уточнила она.
– А французы правда верят, что вернут себе короля? – поинтересовалась я.
Она пожала плечами, а я вспомнила про Мильвуа.
В тот день в церкви не было собраний. Она пустовала. Сквозь запыленную стеклянную крышу пробивался тусклый солнечный свет. Все выглядело очень уныло.
Ирландские священники выбрали для своей новой часовни хорошее оформление – витраж с изображением Агнца Божьего. Алиса взяла меня за руку и потянула в дальний конец святилища, где из стены выступали две каменные плиты.
– Вот их могилы, – сказала она.
Алиса встала на колени и положила обе ладони на одно из надгробий. В скудном освещении виднелись гаэльские письмена, стертые буквы, вырезанные в камне. Она закрыла глаза.
– Представьте, им пришлось оставить все, что они когда-то любили. И даже кости их не могут упокоиться в ирландской земле. Помолитесь за нас, Нора. Помолитесь за нашу победу. Ирландия не может терпеть появления новых изгнанников.
Она надолго замерла на месте, а я тем временем думала: она совсем другая, не похожа на знакомых мне ирландских революционерок. Нет в ней ни театральности Мод, ни нахальной смелости Констанции Маркевич. Ни самоуверенности рожденной быть богатой Молли Чайлдерс или талантов мирового масштаба, которые демонстрирует Алиса Стопфорд Грин. Кстати, она прислала мне подписанный экземпляр своей книжки «Создание Ирландии и ее уничтожение» с запиской: «Как видите, мой издатель – Макмиллан; тот самый, который издавал Томаса Гарди и Льюиса Кэрролла – такой круг интересов очень радует. Братья Макмилланы сами родом с Аранских островов в Шотландии. Какие родственные души!»
Может быть, эта впечатляющая Алиса Стопфорд Грин проводит параллели между собой и Алисой в Стране чудес? Демонстрирует так свое чувство юмора?
А эта Алиса не смеялась, когда мы наконец вышли из церкви и двинулись по улице Карм. Она мне кого-то напоминала, но кого? Она была из Тирона, как и Мэй Квинливан, и в обеих чувствовалась какая-то спокойная суровость. Женщины Ольстера. Возможно, Мэй более… нормальная, что ли. Эта Алиса, конечно, католичка. Хотя она рассказывала мне, что ее отец был методистским священником.
Я украдкой поглядывала на Алису Миллиган. Мелкие черты лица, благопристойная прическа, неброская одежда, прошлое в семье протестантского священнослужителя. И тут я поняла.
– Джейн Эйр! – вырвалось у меня, причем так громко, что Алиса остановилась.
– Что, простите? – спросила она.
– Хм-м… Я хотела сказать, читали ли вы «Джейн Эйр»?
– Конечно, – ответила она.
– Ах, я тоже читала.
Она подозрительно посмотрела на меня. Видимо, она думала: кто эта ненормальная? Но сейчас эта связь казалась мне очевидной – это Джейн Эйр после смерти Рочестера[124]. Я обожала эту книгу, которую мы обнаружили с Розой и Мейм и делили между собой. Это было совсем не то, что мы читали на уроках литературы у сестры Вероники. А еще мы обожали фильм. Для нас поход в кино был настоящим приключением, но еще более захватывающим было видеть на экране историю, которую мы хорошо знали.
Иногда мне казалось, что я запала на Тома Макшейна потому, что рисовала его себе эдаким мистером Рочестером. В темноте кинотеатра мне хотелось, чтобы он был слепым и потерял одну руку, и тогда мы были бы счастливы с ним вместе, как герои романа.
Алиса Маллиган не очень походила на молодую Джейн. Скорее напоминала пожилую женщину, которой та, вероятно, стала с годами. И теперь она рассуждала о сестрах Бронте.
– Они родом из графства Даун, – сказала она. – В жилах у них ольстерская кровь. Их отец, Патрик, был членом организации «Объединенные ирландцы» в 1798 году.
О боже, а сама-то она к какой группировке относится? К Ирландской гражданской армии, Ирландским волонтерам, Ирландскому революционному братству или же к Фенианскому братству? Но спрашивать об этом у нее мне не хотелось.
Однако она объяснила сама:
– Многие северяне примкнули к восстанию из-за того, что возглавляли его пресвитерианцы.
Восстание. Это должно было мне о чем-то сказать. Но Ирландию столько раз накрывало волной разных восстаний. Я знала о них по пикникам «Клан на Гаэль» и рассказам дедушки Патрика. Их подавляли. Их предавали. Но они всегда возвращались.