Потому что такой расклад давал ему шикарную возможность водить свою жену вокруг пальца.
Свою будущую бывшую.
Глава 21
– Ты хочешь сказать, что знала?
Декер пристально смотрел на Ланкастер.
Это было на следующее утро, и они сидели в ее машине возле «Резиденс Инн». Декер позвонил ей и сказал, что им нужно встретиться, и лучше очно: не телефонный разговор.
– Я знала, что он выполняет какую-то работу для Рэйчел Кац. Но не знала, что он для нее алиби. Эрл мне про это не рассказывал. Мы с ним уже почти не разговариваем, и уж во всяком случае насчет его бизнеса.
– Но почему ты не сказала, что он работает на возможного подозреваемого в убийстве, которое мы оба расследуем?
– Он много с кем работает, и я не думала, что это имеет отношение к делу.
– Имеет, и еще какое. А теперь, когда он стал для нее алиби?
– Возможно, мне придется отказаться от участия в расследовании, – Ланкастер опустила глаза.
– Да уж не «возможно», Мэри, а именно придется.
– Эрл лгать бы не стал, если ты на это намекаешь. И если сказал, что находился с Кац, значит, так оно и было.
– Ни на что я не намекаю. А просто понимаю, что ты из этого дела должна выйти. Если ты сейчас вздумаешь остаться, любой адвокат защиты разорвет департамент на части.
Она сунула в рот жвачку и принялась яростно нажевывать.
– А мне теперь нужно поговорить с Эрлом, – хмуро сказал Декер.
– Я знаю. Мне, наверное, тоже.
– Нет, Мэри, тебе нельзя.
– Он мне все еще муж, черт возьми.
– А еще он потенциальное алиби для того, у кого был реально веский мотив убить Мерила Хокинса.
– Вот блин! – Она с ожесточением хлопнула ладонью по рулю. – А я еще думала, что хуже в жизни уже не бывает.
– Но ты же подала на развод.
– Это тебе Эрл сказал.
– А что, разве не так? Ты мне только что сказала, что он не лжет.
– Да какая разница, Декер? С браком у нас все кончено.
– А та женщина, с которой он встречается?
– Нэнси? К ней вопросов нет. Он стал с ней встречаться не раньше, чем у нас пошло наперекос.
– Да, он мне так и сказал. Но тебя действительно устраивает, чтобы Эрл получил опеку над Сэнди?
– Опека у нас совместная. Но я уже говорила: у него график работы более гибкий, чем у меня. Для Сэнди лучше и более комфортно, если б эту неделю она провела с Эрлом. Ее благополучие – это все, что меня волнует.
– Ну и ладно, отдавай своего ребенка.
Ее глаза зажглись злыми искрами.
– Какое ты имеешь право мне так говорить? Ты ни хрена не смыслишь в моей ситуации! Это был твой выбор, сделать отсюда ноги в ФБР. Так что не надо возвращаться в мой город и говорить мне, как мне жить мою жизнь. – Она указала на дверь: – А теперь катись к черту из моей машины!
Декер вылез, но просунул голову обратно.
– С детьми бывает так, Мэри, что когда ты на миг отворачиваешься, а потом смотришь назад, то их там уже нет.
Он закрыл дверь и побрел прочь.
Позже в тот день в дверь Декера неожиданно постучали.
Когда он открыл, его удивление мгновенно сменилось раздражением.
– Давно не виделись, Декер, – улыбнулся с порога визитер.
Блэйк Нэтти служил детективом в полицейском управлении Берлингтона. Примерно на шесть лет моложе Декера, но с более высокой должностью и умением нравиться начальству, он в свое время не раз срамился перед профессионализмом своего коллеги. И не трудился скрывать своих чувств в этой связи.
Небольшого росточка, элегантен под стать своей фамилии[15]: костюм-тройка с платком в кармашке, в манжетах сорочки золоченые запонки.
– Что тебя сюда занесло, Нэтти? – нахмурился Декер.
Нэтти осклабился еще шире:
– Да так, просто визит вежливости. Взял, знаешь ли, на себя доследование по делу Хокинса. Слышал, что Мэри слетела из-за какого-то твоего обвинения. Несколько странно, учитывая, что раньше вы были неразлучниками.
– У тебя, как всегда, все с ног на голову. На да ладно, это хоть показывает твою последовательность: каким ты был, таким остался.
Улыбка на губах поблекла.
– Как я уже сказал, визит вежливости. Хочу донести, что в твоих услугах по Мерилу Хокинсу мы больше не нуждаемся.
– Ты это уже согласовал с капитаном Миллером? Его как раз вполне устраивало, что над этим делом работаю я.
– Над Миллером, между прочим, стоит суперинтендант. А у него другое мнение.
– Браво. Неужели сам Питер Чилдресс?
– Он самый. Которого ты, кажется, однажды назвал долбоящером?