– Не каркай. Учитывая все последние события, с него и впрямь станется заглянуть. – Я забрался в свой гроб и улегся рядом с Рейей.
Удастся ли мне отдохнуть? Мы, вампиры, спим беспробудно. Мы же нежить, в конце концов! Своего рода воплощение ночных кошмаров. Впрочем, это не значит, что кошмары не снятся нам самим.
ГЛАВА 10
Мы направлялись к реке, избегая освещенных улиц с барами и ресторанами. Нас манили темные закоулки, городское дно. Места, служившие прибежищем для разного и всяческого отребья. Этот район был вотчиной мелких наркодилеров и проституток. На каждом шагу нам попадались вездесущие сутенеры, похожие на сытых котов, ожидающие, когда их девушки вернутся с наваром. Мы скользили сквозь ночь, которая становилась все холоднее, и влажный воздух туннелей в сравнении с ней казался весенним. Однако зима уже стояла на пороге. Почти полная луна поднималась из толщи облаков на востоке; ночь еще только начиналась. Времени для охоты хватит с лихвой.
На углу двух темных улиц мы услышали какую-то ругань и повернули туда – заодно с еще несколькими любопытными.
– Хватит клянчить, чувак, ты мне и так уже должен. Так что вали отсюда, понял?
– Я тебе должен? Да ты наколол меня прошлой ночью. Вместо нормальной дури подсунул какое-то дерьмо!
Наркодилер улыбнулся, но глаза его оставались холодными.
– Нельзя обмануть того, кто тебе не заплатил. Компренде?[32] – Он вытащил из кармана нож и раскрыл его, мельком оглядев небольшую, но быстро растущую толпу зевак. – Пошел вон. А не то я отхвачу тебе яйца и скормлю крысам.
– Он обречен, – прошептал Ридрек. – Люди никогда не перестанут меня забавлять. Резать друг друга на части – ну надо же!
Он ухмыльнулся и вышел на свет. Увлеченные ссорой, двое ее участников не заметили, что смерть уже рядом.
– Я сказал тебе: вали отсюда, е-мое! – рявкнул наркоторговец, но обманутый клиент не собирался отступать. Вместо этого он извлек из-под куртки нечто напоминающее мясницкий тесак. Стремительным движением дилер перехватил руку наркомана и отвел ее в сторону, а затем воткнул свой нож ему в живот.
– Долбаные торчки! Никогда не слушают умных людей.
Раненый издал удивленный возглас и согнулся пополам.
Мы с Ридреком присоединились к толпе зевак.
– Мы тут разберемся, – сказал я свидетелям.
– Кто вы, е-мое, такие, парни? – спросил дилер. Он смерил меня взглядом с головы до ног, держа нож наготове. – Ты не похож на гребаного копа, – усмехнулся он.
– Нет, я не коп.
Дилер поднял оружие.
– Тогда уноси задницу с моей территории, и поживее. – Я ощущал его страх, спрятанный под маской бравады.
Видя, что я не двигаюсь с места, наркоторговец покрепче стиснул нож и чиркнул лезвием по моей груди. Кровь выступила из пореза, пятная белую рубашку. Я легко мог бы уклониться от удара, но тонкая грань между вечной жизнью и проклятием смерти завораживала меня, заставив стоять неподвижно. В некоторых аспектах я больше был похож на своего создателя, чем соглашался признать. Мне нравилось, когда смертные сопротивляются.
Я провел рукой по выступившей крови и слизнул ее с пальцев.
– Только глянь, что ты натворил. Испортил мою новую рубашку!
За спиной раздался тихий смех Ридрека, я же не отрывал взгляда от своего будущего ужина. Молниеносным движением – слишком быстрым, чтобы дилер успел среагировать, – я выхватил нож из его руки и отшвырнул в темноту. Бросок был силен: нож шлепнулся в реку, от которой нас отделяло никак не менее пятидесяти футов.
– Какого хрена…
Человек захрипел, когда мои пальцы стиснули его горло. Мы с Ридреком одновременно обвели взглядом толпу зевак, готовых к драке. Касаясь их разума, мы успокаивали людей, сея равнодушие и забывчивость, и в скором времени толпа начала рассасываться. Смертные покидали поле недавней битвы, отправляясь по своим темным делам…
– Пора, – сказал я и, ухватив наркоторговца за загривок, потащил его за собой, как провинившегося пса. Я шел в сторону туннелей, позволяя своей жертве слегка сопротивляться. Исключительно для того, чтобы подогреть мой интерес. Ридрек шел следом, волоча полумертвого наркомана.
В темноте туннелей, вдалеке от любопытных глаз, я позволил своей жертве крикнуть последний раз, а затем успокоил ее. Навсегда. По крайней мере, смерть была мгновенной и безболезненной…
Миновала полночь. Мы поохотились всласть и опьянели от крови. Голова у меня кружилась, а тело прямо-таки пело. Нужно было поспать, но сильнее, чем сна, я жаждал секса. Более всего на свете мне хотелось сейчас оказаться в постели Элеоноры. Она поняла бы, что со мной происходит, помогла бы дать выход бурлящей энергии, бежавшей по пенам вместе с моей горячей кровью. Элеонора могла успокоить мой разум, приняв в себя часть этой бушующей силы. Потом мы сыграли бы в нашу любимую игру жизни и смерти… Но нет. Все эти мысли следовало держать подальше от моего создателя.