Он ожидал, что Абернети его перебьет, но на том конце провода царило молчание. Такое глубокое, что Грилло не выдержал и спросил:
– Абернети, ты еще там?
– Ты рехнулся, Грилло.
– Тогда повесь трубку. Не можешь, да? Вот парадокс: я тебя терпеть не могу, но ты единственный, у кого хватит духу опубликовать такое. Мир должен об этом узнать.
– Нет, ты точно рехнулся.
– Посмотри дневные новости. Увидишь, сколько знаменитостей пропало сегодня утром Режиссеры, звезды, агенты.
– Где ты находишься?
– А что?
– Мне нужно сделать несколько звонков, потом перезвоню тебе.
– Зачем?
– Узнаю последние слухи. Дай мне пять минут. Я не говорю, что верю тебе. Нет. Но мне чертовски интересно.
– Абернети, это правда. И я хочу предупредить людей. Они должны знать об этом.
– Я же сказал, дай мне пять минут. Ты по тому же номеру?
– Да. Но ты можешь не дозвониться. Тут все разбежались.
– Я дозвонюсь, — сказал Абернети и повесил трубку. Грилло взглянул на Теслу, сидевшую в другом углу номера.
– Я это сделал.
– Не уверена, что это правильно — рассказать все людям.
– Не начинай сначала, — сказал Грилло. — Я рожден, чтобы поведать миру эту историю.
– Она так долго была тайной.
– Да, из-за таких, как твой друг Киссун.
– Он не мой друг.
– Разве?
– Ради бога, Грилло, я же рассказала тебе, что он сделал…
– Тогда почему, когда ты говоришь о нем, в твоем голосе слышится ревность?
Она посмотрела на него так, словно он дал ей пощечину.
– Скажи, что я не прав. Она покачала головой.
– Почему тебя к нему тянет?
– Не знаю. Ты видел, что делает Яфф, и даже не пытался его остановить. Почему?
– У меня не было шансов ему помешать, ты это знаешь.
– Ты не пытался.
– Не надо менять тему. Я же прав, тебя тянет к нему? Она подошла к окну. Кони-Ай закрывали деревья. Отсюда не было видно, что дом Вэнса разрушен.
– Как ты думаешь, они живы? — спросила она. — Хови и остальные?
– Не знаю.
– Ты видел Субстанцию?
– Только мельком.
– И?..
– Это было как телефонный разговор, который слишком быстро прервали. Я видел только облако. Саму Субстанцию — нет.
– И никаких иадов?
– Никаких. Может, их и не существует.
– Хотелось бы.
– Ты уверена в своих источниках?
– Как в себе самой.
– Нет, мне это нравится, — с горечью заметил Грилло. — Я копаю целыми днями, и все, что получаю, — возможность бросить один беглый взгляд. А ты просто подключаешься напрямую.
– Так вот ты о чем? — сказала Тесла. — Все дело в тебе и твоей «истории»?
– Да. Может, и так. Я расскажу свою историю. Заставлю людей понять, что происходит в Счастливой Долине. Но ты, по-моему, этого не очень-то хочешь. Ты предпочитаешь, чтобы об этом знали только избранные. Ты, Киссун, гребаный Яфф…
– Ну, тебе хочется рассказать всем о конце света? Вперед, мистер Орсон*[12]. Америка ждет повода для паники! К тому же мне своих проблем хватает.
– Самодовольная сука.
– Я — самодовольная! Я — самодовольная! Послушайте лихого мистера Грилло: «Расскажи правду или умри при попытке!» А тебе не приходило в голову, что через двенадцать часов сюда нагрянут толпы туристов? И шоссе будет забито в обоих направлениях? Очень удобно для того, что вылезет из этой щели. Кушать подано!
– Черт!
– Об этом ты не думал, да? И пока мы тут беседуем, ты… Телефон прервал ее обвинения на полуслове. Грилло взял трубку.
– Натан?
– Да, Абернети.
Грилло взглянул на Теслу. Она повернулась спиной к окну и смотрела на него.
12
Имеется в виду американский кинорежиссер Орсон Уэллс, который в 1938 году вызвал панику своей инсценировкой романа «Война миров». Радиослушатели приняли начало спектакля за репортаж о реальном вторжении инопланетян.