Фелипе Гонсалеса сменил его верный товарищ Хоакин Альмуниа, который потерпел поражение от Хосе Борреля на первичных выборах генерального секретаря партии в апреле 1998 года. Альмуниа решил уйти в отставку, однако его предложение было отвергнуто. Трения по поводу того, кому быть лидером оппозиционной партии, продолжались до мая 1999 года, когда Боррель ушел после скандала с уклонением от налогов, в который оказались вовлечены его бывшие коллеги. Вполне очевидно, что надежды на победу на выборах в разгар серьезного кризиса в партии и на фоне разоблачения налоговых и финансовых правонарушений были тщетными. Партия также не могла четко сформулировать свою политическую платформу и лишь рассуждала о некоем «третьем пути», предлагая голосовать за него. Если СРПИ и пыталась договориться с Объединенными левыми, было все равно слишком поздно (январь 2000 г.), и результаты выборов два месяца спустя показали, что эту попытку не восприняли всерьез ни сами Объединенные левые, ни левый политический сектор в целом.
Что касается нового правительства Хосе Марии Аснара, после весьма неуверенного старта, отмеченного массовыми демонстрациями и забастовками в конце 1996-го и начале 1997 года (против приватизации общественной собственности, направленной на сокращение бюджетного дефицита в рамках соглашения о вступлении Испании в зону евро), премьер-министру удалось воспользоваться экономическим подъемом при сохранении либеральной политики. Он также достиг значительного прогресса в переговорах с рабочими и пенсионерами. Основные профсоюзы (ССОО и UGT) одобрили социальную политику правительства в марте 1999 года; надо признать, женщинам Народный альянс дал куда больше политических прав, чем любая другая партия в стране. И, возможно, самое главное, Хосе Мария Аснар, которого поддержал министр внутренних дел Хайме Майор Ореха, настоял на решительной борьбе с ЭТА, что обернулось заявлением последней о прекращении огня в сентябре 1998 года.
ЭТА ПРЕКРАЩАЕТ ОГОНЬ
После прихода Аснара к власти ЭТА стала чаще похищать людей и нападать на военные цели, причем к числу потенциальных жертв отнесла членов Народного альянса не только в Стране басков, но по всей Испании. Похищение Мигеля Анхеля Бланко, молодого магистрата из баскского города Эрмуа, привело к беспрецедентному публичному возмущению, тем более что молодой человек был убит незамедлительно после того, как истек срок 48-часового ультиматума с требованием переместить баскских заключенных в Страну басков. В крупнейших со времен попытки военного переворота 1981 года демонстрациях шесть миллионов испанцев по всей стране вышли на улицы. «Уважая чувства народа», глава правительства и министр внутренних дел Хайме Майор Ореха торжественно пообещали усилить борьбу против ЭТА и ее политического крыла «Эрри Батасуна». И вскоре ЭТА и «Эрри Батасуна» уже понесли серьезные потери, связанные с многочисленными арестами и захватами крупных складов оружия (с лета 1997 года) как на французской, так и испанской территориях. Видимо, эти политические и финансовые потери и общественное возмущение не только в других районах Испании, но и в самой Стране басков, не оставили ЭТА выбора: она объявила о прекращении огня на неопределенный срок 16 сентября 1998 года и начала переговоры с правительством, за месяц до региональных выборов в Стране басков.
ЭКОНОМИКА
Заняв свой пост в 1996 году, Хосе Мария Аснар объявил о стремлении Испании вступить в европейский экономический и валютный союз, что потребовало налоговых и финансовых мер, нацеленных на сокращение бюджетного дефицита до 2% ВВП к 1998 году. Как уже было сказано, сокращение государственных расходов вызвало протесты, однако это сокращение обернулось экономическим подъемом и принесло ощущение общего улучшения экономической ситуации. Рост ВВП в 1998 году составил 3,8%, наивысший показатель с 1990 года; годовая инфляция снизилась с 3,6% в 1996 году (5% в 1995 году) до менее 3% в 1997-1998 годах, это самое низкое значение с тех пор, как в 1962 году был введен индекс потребительских цен. Безработица сократилась на 1 млн. человек, число рабочих с постоянным контрактом выросло на 2%. Те, кто трудился неполный рабочий день, также получили определенные льготы на случай болезни или безработицы; вдобавок правительство продемонстрировало готовность повышать пенсии, что обещала еще администрация социалистов в 1995 году.
С другой стороны, 14,5% безработных (на 9% выше среднего европейского уровня) — показатель весьма высокий, а условия труда в целом не улучшились, если опираться на 14-процентный рост числа несчастных случаев на рабочем месте с 1996 по 1998 год. Более того, доход на душу населения на 20% уступал среднему европейскому, а производительность имела всего 0,44% годового роста при 1,7% в Европе. Различия в частных и региональных стандартах жизни продолжали увеличиваться. Отчет комиссии Каритаса (1998) показал, что уровень бедности составлял 22% (на 7% выше среднеевропейского), а провинции вдоль португальской границы, а также Куэнка и Луго находились в самом низу списка за 2000 год, тогда как Наварра, Барселона, Сарагоса и Мадрид, в указанном порядке, возглавляли этот список с показателями гораздо выше средних европейских. Как бы ни относиться к экономической деятельности Народного альянса за три года у власти, к концу 1999 года опросы общественного мнения свидетельствовали, что у людей появляется уверенность в будущем, и это несомненное достижение консерваторов.
Всеобщие выборы 12 марта 2000 года
На трех предыдущих выборах (1989, 1993 и 1996) общее число голосов за СРПИ и Объединенных левых оставалось неизменным, выше 48%, тогда как Народный альянс демонстрировал стабильный рост: с 25,8% в 1989-м до 38,8% в 1996 году. У альянса был отличный шанс вернуть утраченное и получить большинство, достаточное для формирования своего правительства. Настроения накануне выборов не обещали сюрпризов; однако результаты оказались довольно неожиданными: Народный альянс получил 44,5% голосов; тогда как социалисты и Объединенные левые набрали всего 39,54% (34,08% и 5,46% соответственно).
Возможно, это не совсем поворотный пункт в новейшей политической истории Испании. Однако если принять во внимание массовую неявку левых избирателей и то обстоятельство, что пропорциональная система, принятая в Испании, сыграла против более слабых партий, победа консерваторов означала усиление их влияния в Мадриде и Валенсии, а также в Каталонии, где они получили 4 дополнительных места. Что еще более важно, Народный альянс впервые получил одно место в Жироне. В итоге положение Хосе Марии Аснара существенно укрепилось, и ему уже не приходилось торговаться с Жорди Пужолем относительно условий формирования коалиции или обращаться за содействием к ослабленной оппозиции.
На самом деле оппозиция была не в том положении, чтобы на что-либо претендовать; их политическая и экономическая опоры серьезно сократились в связи с приверженностью пресловутому «третьему пути» и приватизацией государственной служб и коммунальных услуг. Через три месяца после поражения Хосе Родригес Сапатеро был избран генеральным секретарем партии. Он молод и, похоже, талантлив; его репутация все еще не запятнана, как у бывших лидеров СРПИ. Возможно, он сумеет завоевать голоса избирателей, как СРПИ, так и Объединенных левых и других оппозиционных движений; другого способа попросту не существует[5]. Хосе Мария Аснар начал второй срок в премьерском кресле, опираясь на большинство в парламенте. Впрочем, ему предстояло решать такие вопросы, как прекращение политического насилия и борьба с сепаратизмом. Неизвестно, каковы истинные намерения Мадрида, прежде всего консерваторов, относительно реализации положений конституции 1978 года, готовы ли они к подлинной децентрализации. Ясно, что рано или поздно региональные правительства (автономии) перестанут требовать независимости и заговорят об объединении, но уже в составе не унитарного государства, а федерации или чего-то наподобие. Что касается политического насилия, к концу 1999 года ЭТА объявила о возобновлении огня, и страна замерла в ожидании новых похищений, вымогательств и убийств.