Ах, если б так!
Хасинта
Мне никогда
Так беззастенчиво не лгали!
Вы просто память потеряли
Или последний след стыда?
Чтоб человек при мне же мог
Хасинте в страсти признаваться,
Потом при мне же отрекаться!
Дон Гарсия
Хасинте — я? Свидетель бог,
Я только с вами говорил
С тех самых пор, как я в Мадрите.
Хасинта
Такую наглость, извините,
Переносить нет просто сил!
Когда про то, что я видала,
Вы мне в глаза способны лгать,
Какой от вас мне правды ждать?
Идите с богом, я устала.
И если я еще хоть раз
Решусь послушать вашу речь,
То разве, чтоб себя развлечь:
Как если б кто в досужий час,
Чтоб уничтожить привкус вязкий
Смертельно надоевших дел,
Рассеять мысли захотел,
Раскрыв Овидиевы сказки.[128]
(Уходит.)
Дон Гарсия
Лукреция, молю творцом…
Лукреция (в сторону)
Я смущена.
(Уходит.)
Дон Гарсия
С ума сойдешь,
Когда и правда стоит грош!
Тристан
Произнесенная лжецом.
Дон Гарсия
Нет, почему она, скажи,
Не верит мне?
Тристан
Да, ваша честь,
Она раз пять, а то и шесть,
Изобличила вас во лжи.
Враля его же меркой мерят,
И вы приметьте наперед:
Кто в шутку то и дело врет,
Тому и в правде не поверят.
Веласкес. Портрет папы Иннокентия X
1650 г. Галерея Дориа (Рим)
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
В доме дона Хуана де Лупа.
Явление первое
Камино, с письмом; Лукреция.
Камино
Письмо принес и ждет ответа
Тристан. Он у него сейчас,
Как я, сударыня, у вас,
Хранитель всякого секрета.
Он в жизни видел много бед
И стал слугой, хоть знатен родом.
Он намекнул мне мимоходом,
Что все решает ваш ответ;
Его сеньор день ото дня
Безумней.
Лукреция
Странное упорство!
Неужто это все — притворство,
Желанье обмануть меня?
Ведь самый искренний влюбленный
От безучастья устает.
А этот все хитрит и лжет,
Отвергнутый и оскорбленный?
Камино
Я лично, если по приметам
Возможно познавать сердца,
Скажу — он честен до конца,
И фальши нет в безумье этом.
Кто днем и ночью, что ни час,
По вашей улице проходит,
Кто, как помешанный, не сводит
С ревнивых ставней жадных глаз,
Кто знает, что, его заметив,
Вы покидаете балкон,
Кто неизменно в вас влюблен,
Ни разу взглядом вас не встретив,
Кто мучится, кто горько плачет,
Кто мне за то, что я при вас,
Подарки делал много раз, —
А это очень много значит, —
Тот, уверяю вас, не лжет,
И вы тревожитесь напрасно.
Лукреция
Из слов твоих, Камино, ясно,
Что ты не видел, как он врет.
Увы, когда б я этой страсти
Могла поверить! Я должна
Признаться честно, что она
Мне даже нравится отчасти.
И если все его признанья
Меня ничуть не убедили,
Они, однако, пробудили
Во мне какие-то мечтанья.
Конечно, глупо доверять
Тому, чей лживый нрав доказан,
Но так как лгать он не обязан
И мог и правду мне сказать,
То я, послушная надежде
И сердцу, рада допустить,
Что он со мною, может быть,
Себя ведет не так, как прежде.
Быть может, здесь обман подстроен
И он со мной притворно льстив;
Быть может, он вполне правдив
И сам любви моей достоин;
И ложь и правду в равной части
Я предусматривать должна:
Не принимать речей лгуна,
Но и не гнать правдивой страсти.
вернуться
128