Два главаря вели нас вперед словно бабушка Лю[25] с интересом рассматривавшая парк, кидаясь во все стороны и в то же время держа направление на дверь с надписью «отдел внешних связей».
Один из главарей уже протянул руку, чтобы открыть дверь, но второй отстранил его и, глядя ему в глаза, сказал потихоньку:
— Постучи в дверь.
С тех пор, как мы надели повязки хунвэйбинов, мы почти нигде не соблюдали такую норму приличия, как стучать в дверь. А здесь над нами что-то довлело.
Главарь, которому напомнили о том, что тут надо соблюдать приличие, отступил на шаг, трусливо сказал:
— Иди ты вперед!
— Если мне надо идти первым, так я пойду! — бодро сказал второй главарь, готовый на подвиги в первых рядах, и несколько раз постучал в дверь — тихо-тихо.
Проходит немало времени, изнутри не отреагировали. Он снова постучал, за дверью опять не ответили. Не зная, что делать, он повернулся к нам.
— Ты стучишь слишком слабо! — сказал я.
— Тогда ты постучи! — предложил он, отойдя от двери.
Я на мгновение заколебался, потом четко, с перерывами
стукнул три раза. За дверью по-прежнему не откликались.
— Что, нет никого?... — сказал я сам себе.
— Есть! Слушайте!
Все затаили дыхание, навострили уши и уловили слабые признаки жизни. Значит, есть люди.
Я хотел снова поднять руку и постучать в дверь, как вдруг изнутри донесся голос:
— Кто там, входи!
— Дверь заперта, не войти! — громко ответил я.
Только я успел сказать, как дверь отворилась. Появилось странное, похожее на Лу Цзячуаня* существо, которое торопливо, совершенно ненатурально спросило:
— Вы... откуда?
— Из 29-й школы.
— Как вошли сюда?
— Пешком.
— Я спрашиваю, с разрешения охраны или нет?
— Мы думаем, что без разрешения охраны сюда и мышь не проскочит.
— По какому делу?
— Прибыли объединяться с вами.
— Объединяться?... Заполнили бланк на прием гостей?
— Заполнили, заполнили! — один из главарей оттолкнул меня и передал его «Лу Цзячуаню».
«Лу Цзячуань» внимательно пробежал по нему глазами, испытующе посмотрел на каждого из нас, несколько неодобрительно, а больше неохотно, сказал:
— Входите. Самое большое на беседу с вами можем уделить до 10 минут. Неожиданно для нас в комнате оказалась еще и «Линь Даоцзин»,[26] женщина приятной наружности, волосы короткие, щеки румяные (если еще надеть длинный халат, то совсем была бы похожа на настоящую Линь Даоцзин), выражение лиц тоже смущенное. Она сидела у краешка стола, держа в руках наш пропуск, и невозможно было понять, или она читает его, или смотрит на нас. Видимо, не могла преодолеть смущение, для которого была причина.
«Лу Цзячуань» не проявил к нам особой обходительности, даже не пригласил сесть, хотя в комнате стоял диван, на котором мы все бы разместились. Сами мы тоже не посмели своевольничать.
— Говорите! — сказал «Лу», садясь напротив «Линь Даоцзин».
— Мы... Мы хотели бы, чтобы ваша организация красных цзаофаней приняла нас под свое командование... Именно с этой целью мы прибыли к вам... — сказал один из главарей, предварительно перемигнувшись со вторым и получив его согласие.
— Принять под наше командование? — «Лу» вертел в руках сине-красный карандаш, обдумывая ответ, — зачем же вам принимать наше командование? Каждый хунвэйбин страны должен находиться под командованием председателя Мао!
— Правильно, правильно! Я имею в виду объединиться с вами, тогда мы сможем лучше выдержать направление в волнах революции, не потерять его, точно следовать путем, предписанным великим стратегическим замыслом многоуважаемого председателя Мао!
— Великая культурная революция — это политическая борьба. Политическая борьба очень сложна, — настойчиво вдалбливал нам «Лу». Потом добавил, — объединиться можно. Даже необходимо. Но откуда мы знаем, что вы настоящие, а не псевдохунвэйбины ? В хунвэйбиновских организациях имели место случаи, когда рыбьи глаза выдавали за жемчуг, т.е. пытались выдать фальшь вместо подлинного! А если вы монархисты? Как, например, «Союз 8.8», разве они не самые настоящие монархисты, именующие себя цзаофанями?
Второй главарь несколько заволновался, заспорил:
— В нашей школе есть только одна организация хунвэйбинов и нет никаких других!
— Что касается поставленного перед нами вопроса, то мы должны особенно серьезно проверить достоверность сообщенных вами сведений о своей организации, и только тогда сможем ответить вам! — резко сказал «Лу», — действительные цзаофани познаются в борьбе и получают признание других! Наша организация красных цзаофаней создала себе столь мощный авторитет в борьбе с «Союзом 8.8»!
26
Лу Цзячуань, Линь Даоцзин — персонажи из романа «Песнь о молодости», выведенные, как заматерелые бюрократы.