– Я больше десяти лет работаю над этим проектом! – В голосе современного господина Отто звучат просительные нотки. – Вы не представляете… не представляете, чего стоило найти на него деньги!
Вивасват видит: Николаусу уже двадцать восемь, он уже не так тощ, как в юности, и работает коммивояжером. Продавая домохозяйкам различные ненужные им чудесные ножи и нестираемые терки, он наловчился убеждать людей потратить небольшие суммы. И вот он случайно оказывается в мастерской, где на стенде крутится и громко урчит двигатель Ленуара [28]. Николаус ошарашен: ему кажется, что из скучной повседневности, которая состоит из домохозяек, у которых надо выманить пару марок за ненужные им ножи или кастрюли, он вдруг заглянул в будущее.
Чуть позже ему в руки попадает брошюра Бо де Роша [29]. Коммерчески подкованный ум господина Отто работает: вот он, новый шаг технического прогресса! Принцип описан, но до чертежей далеко, и никто не готов дать деньги французу, чтобы он построил новый двигатель. А для Николауса Отто моторы – выход, побег от домохозяек с их жалкими марками. Шаг в новый век. Шаг в благосостояние. Надо только найти того, кто даст ссуду…
– Все время что-то случается, вот меньше пяти лет назад эта война [30], и деловым людям не до нас, изобретателей. А я, поймите меня правильно, я же тоже деловой человек, если я подведу своего партнера, который вложил деньги в мой мотор, как же мне жить дальше?
В воздухе запахло озоном, в руке Индры появилась шаровая молния, а в скучающем взгляде вопрос: «Как насчет боевой поддержки?» Белоснежный крахмальный платок в руках господина Отто постепенно приобретал серо-желтый цвет и все больше напоминал скомканную тряпку. В очередной раз вытирая лоб и шею, господин Отто почувствовал неодолимое желание залезть под стол, но поборол его ввиду полной бессмысленности. В голосе его явственно зазвучали слезы:
– Господа, я же рад вам услужить, но я же разорюсь, а у меня семья, дети! И потом, над двигателем работают молодые люди, Вилли и Готлиб, у них есть чертежи, даже если я сверну работу, они наверняка продолжат ее сами! Очень увлеченные молодые люди… Если бы вы предложили хоть какую-то компенсацию…
Ваю вздохнул, и в этом вздохе явственно слышался голос надвигающегося урагана. Вивасват стиснул в кармане зеркальный кристалл. Не по сезону потеющий человек вызывал у него жалость и уважение одновременно.
Боится до смерти и при этом заговаривает о компенсации.
Чем-то он напомнил младшему жрецу его самого. Он точно так же перепугался, когда Госпожа Адити, поддерживающая небо и землю, засекла его самодельную программку слежения. И, несмотря на страх, продолжал мечтать о проекте «Батарейка Сурьи».
– Мы понимаем вас, господин Отто.
В хронокосмическом челноке разразился скандал.
– Младший жрец Вивасват! – громыхал голос Индры. – Что за безответственное поведение? Этот ваш Отто был напуган, как жертва для Кали! Можно было с ним что угодно делать! А вы?!
Вивасват понуро смотрел в пол. Ну да, они планировали, что он возьмет с Отто обещание не доводить до конца работы по двигателю внутреннего сгорания и в обмен вручит компенсацию. А он просто ушел.
Есть ли смысл отстаивать свою позицию перед начальником, который заранее убежден в своей правоте? И как ее отстаивать, если тот рта не дает раскрыть?
Если бы Индра прислушался… Вивасват бы объяснил: бессмысленно договариваться с Отто. Потому что…
– Угомонись, Индра. – Голос Ваю пронесся по комнате как живительный ветерок. Вивасват вдруг понял, почему столь долгие годы могущественный Индра и ветреный Ваю работают в паре: пока первый бушевал, второй успевал подумать. Ох, мудра ты, Мать Адити…
– Вивасват прав, – негромко продолжал Ваю.
От кого-кого, а от старшего жреца Вивасват защиты не ожидал. Ваю, казалось, важнее всего было набить живот чем-нибудь запрещенным и поменьше работать. «А ведь именно он просветил меня насчет природной энергетики – возможности людей получать электричество из ветра, воды и тому подобных природных сил, – вдруг вспомнил Вивасват. – По годам показал в темпоральных сегментах, что, когда и где построили. Я тогда думал, он это рассказывает, чтоб я за него то задание сделал. А между прочим, он всю информацию помнил наизусть! Похоже, не такой уж и лентяй ветреный Ваю…»
– Этот Отто получит компенсацию, а слово свое не сдержит, – продолжал Ваю. – Такой человек, коммивояжер, торгаш и к тому же фанатик. Мотора своего фанатик…
– Как он может не сдержать?! Я его лично в порошок…
– Индра, а он лично ни в чем не будет виноват. Он же сказал: не один работает. – Ваю помолчал. Не к месту вспомнилось давнишнее совместное с Индрой задание в темпоральном сегменте 20/1. Громовержец тогда… в архивах «Адити» это назвали мягко – «не нашел общего языка». Итак, Индра не нашел этого самого общего с неким изобретателем и решил приостановить его проект привычным для себя способом. В итоге в сибирской тайге выгорело несколько сотен квадратных километров, и ученые до сих пор спорят, был это метеорит или комета… Похоже, и сам Индра вспомнил, сразу замолчал.
– Я себя до сих пор корю… – Ваю не стал говорить, что корит себя за то, что не успел остановить тогда напарника. Индра поймет, а младшему жрецу пока такие интимные подробности знать не обязательно. – Нельзя так давить божественной силой и авторитетом. Так не исправить к лучшему… – Кое-что уже вообще не исправить, хорошо хоть людей на тех сотнях квадратных километров почти не было. – Индра, это люди конца девятнадцатого века. Для них бог и честь – технический прогресс.
– И прибыль от него, – грустно прибавил Вивасват. Грустно и торопливо, чтобы успеть, пока грозный Индра готов слушать. – Я смотрел в его глаза и видел: он все равно получит свой знаменитый патент DRP 532.
– Да он же видел, во что его двигатели превратят планету! Ты же ему показал!
– Для него это не столь важно. – Ваю вздохнул, словно описываемая ситуация повторялась из века в век с разными персонажами и каждый раз утомляла и расстраивала его. – Может, не до конца верит, может, подспудно надеется, что как-то все обойдется. По крайней мере, его личная цель – создать мотор – сейчас для него важнее. Сама Владычица не разберет, чего такие люди больше хотят – славы или денег.
– И разбирать не будет, – буркнул Индра. – Так или иначе, эта часть «Батарейки» провалена. Кто следующий?
Мелкий теплый дождь немецкой осени сбивал пожухлые листья с когда-то душистых лип. Припозднившиеся на работе служащиеся расходились по домам, мечтая о горячем ужине, паре прохладного пива и теплой постели. Лишь эту парочку не волновало позднее время суток.
Вильгельм Майбах машинально вытер руки. Тряпка оказалась отнюдь не чистой, а перепачканной машинным маслом. Он растерянно посмотрел на Готлиба Даймлера. Перед этими странными… людьми ли?.. он отчаянно нуждался в твердом плече старшего товарища.
– Значит, говорите, этот жирный боров Отто нас все-таки надует? – долговязый белобрысый Готлиб Даймлер неосознанно напряг руки и сжал кулаки. – Запатентует мотор на свое имя, а Вилли останется не при чем? – Оба смотрели на выдаваемые голубым кристаллом объемные картины будущего.
А Вивасват заглядывал в прошлое. Тысяча восемьсот пятьдесят шестой год… Маленький мальчик сидит на табурете посреди пустой кухни. Сухопарый мужчина средних лет, в сюртуке и плохо накрахмаленной манишке, берет его за руку. Вилли знает, что должен идти с этим мужчиной, советником городской управы. Его родители умерли, близких родственников нет, поэтому ему придется до совершеннолетия жить в городском приюте. Он все это знает, но как же не хочется вставать и уходить с кухни, оставляя все, что напоминает ему о семье…
Вивасват не рос в приюте, как Вильгельм, но материнской ласки и заботы ему тоже досталось очень мало. Мать всегда была занята делами, поручала надзирать за младшим сыном старшим братьям, так что он и видел-то ее считаные разы. Да и обстановку в хроноорбитальном комплексе «Адити» с его почти армейским уставом семейной не назовешь. Нет, Вивасват прекрасно понимал, что без дисциплины успеха не добиться, но порой он тосковал по полузнакомому понятию «мама».
28
Двухтактный газовый двигатель внутреннего сгорания (ДВС) французского инженера Ленуара изобретен в 1860 году.
29
В 1862 году французский инженер Альфонс Бо де Роша предложил сделать ДВС четырехтактным. Он издал брошюру с описанием рабочего цикла такого двигателя: всасывание, сжатие, горение с расширением, выхлоп. Первая рабочая модель была запатентована на имя Отто и прозвана Otto Motor. Четырехтактный принцип работы используется в ДВС и по сей день.