Однако римские моряки со своей задачей не справились. Они опять проиграли морскую битву, потеряв больше сотни кораблей. Это была катастрофа. Ропот поднялся такой, что Маний Ацилий стал всерьез опасаться за свою власть. Его начали обвинять в предательстве и пособничестве врагу, не говоря уже о преступном бездействии. Короче говоря, ждать больше было нельзя.
Поэтому, скрипя зубами от переполнявшего его гнева, Маний Ацилий Глабрион отдал приказ своей армии выступать в поход. Как человек, успевший хорошо так повоевать, он прекрасно понимал, что его армия все еще не готова к активным боевым действиям. Легионы, состоявшие из граждан Рима, хоть и были полностью укомплектованы личным составом, однако боевое слаживание и военная подготовка многих римских солдат были не на высоте. В легионах было много новобранцев, не имевших боевого опыта и военной подготовки. Они даже не успели до конца пройти курс молодого воина. Этих легионеров еще многому надо было учить.
Но сейчас на это не осталось времени. Союзники тоже подвели. Как их ни подгонял Маний Ацилий, но они не сильно-то и торопились присылать все свои войска, положенные по союзному договору. При этом у многих римских союзников в Италии находились свои нелепые отговорки. И это очень злило консула Глабриона. В общем, Восточная армия высаживалась в Греции далеко не в полном своем составе. Всего там было двадцать тысяч пехотинцев, две тысячи всадников (из которых половина состояла из нумидийцев) и двадцать боевых слонов. А ведь в ней должно быть гораздо больше войск. Гораздо больше! И в этом виноваты проклятущая спешка и царь Александр Первый. Чтоб его керберы[10] драли всеми своими зубастыми пастями.
Место высадки римской армии в Греции тоже не вызывало восторга у Мания Ацилия. Оно было не где-то там, а в портовом городке Бутрот, расположенном на побережье Эпира, напротив острова Керкира.
Чем Мания не устраивала эта зона высадки его войск? К сожалению, она была довольно далеко расположена от зоны боевых действий. Его воинам придется топать до противника дней пять. Не меньше! А ведь, по данным разведки, царь Александр уже вторгся в Эпир с юга и быстро продвигается к Амбракии, крупнейшему греческому городу в этой области. Как его армии вообще удалось так быстро добраться сюда, в Эпир? Они же сравнительно недавно высадились на восточном побережье Греции. И вот эта армия уже тут. На западном побережье. В Эпире. И это было еще удивительней, если знать, сколько на пути этой самой армии должно было встретиться греческих городов, союзных Риму. Как этот выкидыш бездны царь Александр смог мимо них пройти без долгих и изнуряющих боев? Почему не увяз в осадах? А ведь Мания Ацилия уверяли в Сенате, что все греческие союзники Рима готовы биться с ним до конца. Мол, вся Греция поддерживает римлян в этом конфликте кроме нескольких отщепенцев, с которыми ему, консулу Глабриону, и предстоит разобраться. Эти фантазеры сенаторы описывали предстоящую его армии военную кампанию как легкую прогулку.
На предложение консула Глабриона высадить его воинов сразу в Амбракии командование римского флота заявило, что в тех водах слишком опасно.
Эти проклятые богами трусы все никак не могли опомниться от той трепки, что задали им селевкидские моряки. И категорически отказывались отправлять свои оставшиеся корабли южнее острова Керкира. В общем, пришлось высаживаться в порту Бутрота. Сама высадка хоть и прошла без эксцессов, но нервы римскому консулу попортила очень основательно. Капитаны римских кораблей пугались каждой тени на горизонте, постоянно пытались прервать высадку и броситься в бегство. Да уж!! Видимо, сильно их напугал селевкидский флот. Они там еще какой-то бред несли о горящем море. Ну разве может море гореть? Это же море! В общем, эти гады сами трусили и других пугали. После всего этого Маний Ацилий совершенно перестал уважать римский военный флот. Он уже предвкушал, как обратится с жалобой к сенату на неподобающее римским гражданам трусливое поведение этих моряков. Когда вернется обратно в Рим с победой. Он им всем устроит!! Он им всем покажет!!
И вот сейчас Маний Ацилий Глабрион невольно морщился, когда слушал доклад одного из римских всадников. А докладывал тот не самые веселые факты. Только что передовой конный дозор римской армии обнаружил противника. Прежде чем римскую конную разведку отогнали, она успела хорошо рассмотреть огромную вражескую армию, двигающуюся навстречу римлянам. И врагов там, по словам этого вот всадника, было очень много. Гораздо больше, чем воинов в армии консула Мания.