Судьба Байлота отнюдь не исключение в анналах арктических исследований. Но ее, вне всякого сомнения, следует считать одним из самых вопиющих проявлений той несправедливости, которая неизбежна, когда мы доверяем оценку достижений такого человека профессиональным арбитрам бессмертия, наделяя их полномочием подвергать историю цензуре.
Хотя самыми активными борцами с ледяными барьерами Северо-Запада в первые годы XVII века были англичане, они вели это сражение не в одиночку.
С 1605 по 1612 год повелитель Дании Кристиан IV, король-мореплаватель, отправил в гренландские воды четыре экспедиции, возглавлявшиеся Джемсом Холлом. Официальной задачей этих экспедиций были поиски потерянных норманских поселений. Фактически же от этих экспедиций предполагалось получить барыши. Надеялись, что Холл обнаружит рудные месторождения, богатые угодья для пушного промысла и добычи бивней нарвалов, а возможно, найдет даже Северо-западный проход. Никаких норманнов Холл, разумеется, не нашел. (Хотя если бы он пригляделся получше к гренландским эскимосам, то, думается, обнаружил бы среди них людей со светлыми волосами, голубыми глазами и другими признаками, свидетельствующими о судьбе исчезнувших поселенцев.) Не нашел Холл и рудных месторождений, хотя и полагал, что открыл их. Вместо всего этого он нашел смерть от руки эскимосов, с которыми часть его экипажа обращалась по-зверски. Что же до короля Кристиана, то тот приобрел новое владение, над которым до наших дней развевается датский флаг.
Но этого было недостаточно для короля-мореплавателя. В 1619 году он снарядил новую экспедицию, которая по примеру англичан должна была войти в Гудзонов залив и совершить то, чего не удалось сделать британским мореходам, — найти выход из этого залива в западные моря. Для исполнения своих предначертаний король избрал Йенса Мунка, сорокалетнего моряка, искателя приключений.
Биография Мунка — это подлинная эпопея. Отца Йенса, известного богача, приговорили к пожизненному тюремному заточению за какие-то темные махинации с казенными деньгами, и мальчик взрослел быстрее своих сверстников. Ему исполнилось всего 11 лет, когда он поехал в Португалию, где в течение года изучал язык, чтобы иметь дополнительное преимущество на пути к обогащению (ведь в то время на португальском языке говорили богатейшие в мире купцы). Тринадцати лет Мунк поступил юнгой на голландское судно, следовавшее в Баию (Бразилия). Когда судно, на котором находился Йенс, возвращалось из Баии в Европу, оно для взаимной защиты объединилось в караван с 12 другими торговыми судами, но этого оказалось недостаточно. У побережья Бразилии торговая флотилия подверглась нападению французской эскадры, которая потопила часть судов и захватила все остальные. Судно Мунка сгорело, а спасшиеся от пожара держались на воде, цепляясь за обломки, пока французские военные моряки их не подобрали. Вряд ли это можно назвать актом милосердия, ибо французы вскоре высадили спасенных на «ничейный» участок бразильского побережья, где большинство погибло от голода, болезней и нападений индейцев. Но молодой Мунк выжил. Ему удалось вернуться в Баию, где он провел первый год на чужбине, работая подмастерьем у сапожника.
Когда Йенсу исполнилось 18 лет, в гавань Баии вошли два голландских судна, не имевших разрешения на торговлю от испанского короля. Испанские власти собирались их захватить[52], для чего на семь кораблей были взяты солдаты. Но покровитель Мунка, торговец, по имени Мигел Дуэш, решил через юношу предупредить голландцев об опасности. И вот темной ночью среди многочисленных испанских кораблей Йенс вплавь пересек гавань, взобрался на борт ближайшего голландского судна и поднял тревогу. Оба торговых судна перерубили канаты и в последний момент, когда на них уже наседали испанцы, покинули гавань. Голландцам удалось выйти в море только после ожесточенной схватки, и они пошли к родным берегам, захватив с собой юношу, которому были обязаны своей свободой.
52
Бразилия была португальской колонией, но сама Португалия и все ее колониальные владения с 1581 по 1640 год принадлежали Испании. —