Быстро покончив с завтраком, Крикс перекинул через плечо свою сумку - оставить наверху, в своей комнате кошелек со всем своим богатством он не мог, хотя и понимал, что все время носить его с собой тоже небезопасно - и, пообещав вернуться к вечеру, вышел из "Яблони" на залитые солнцем улицы Адели.
С тех пор, как он увидел открывавшийся с опушки леса вид на Великий город, Крикс считал, что его уже ничем невозможно поразить. Тогда он просто онемел от изумления, рассматривая все причудливое разнообразие лепившихся к покатому холму построек -- от мраморных дворцов и тонких, будто иглы, башен, до небольших домов из желтоватого известняка и крытых тростником рыбацких хижин, выстроенных за кольцом крепостных стен и прилепившихся к холму, как раковины, вросшие в морские камни. При ярком свете утреннего солнца Адель имела праздничный и вместе с тем торжественно-величественный вид. С того места, где стояли путешественники, было невозможно разглядеть, где заканчиваются протянувшиеся по морскому побережью предместья и окраины столицы. Город был огромен - куда больше, чем Мелес и Энмерри с Пеллуэром, вместе взятые.
В общем, после того дня Крикс с полным основанием считал себя бывалым путешественником, повидавшим все, что только можно, и утратившим способность удивляться. Но он ошибался. Оказавшись в Верхнем городе, он поминутно должен был одергивать себя, чтобы не идти с открытым ртом. Здесь поражало все: колонны, мраморные портики, искрящиеся на солнце струи городских фонтанов, статуи на площадях, немыслимо огромные и подавляюще роскошные постройки. Большую часть попадавшихся на улицах прохожих составляли те же горожане, которых он встречал и в Нижнем городе. Но время от времени над головами пешеходов проплывали изящные носилки какой-нибудь знатной дамы, или проезжал, со скучающим видом покачиваясь в седле, какой-нибудь аристократ в сопровождении целой свиты слуг. Причем если на вельмож и их эскорт Крикс смотрел мало, то каждого рыцаря в темно-синем орденском плаще он жадно провожал глазами, одновременно радуясь и огорчаясь, что он не был Иремом или Эрлано. Крикс бы с удовольствием еще раз посмотрел на лорда Ирема - конечно, с тем условием, что сам он в это время будет находиться где-нибудь в укромном месте и не попадется доминанту на глаза.
Так, поминутно останавливаясь и оглядываясь, чтобы ничего не пропустить, он все-таки дошел до легендарной площади, расположенной между известных на весь город четырех дворцов. Один из них был резиденцией правящего Императора, другой, называвшийся Адельстаном - штаб-квартирой Ордена и заодно известной на всю Империю тюрьмой для государственных преступников, третий, о котором Пенф сказал, что его можно опознать по каменным грифонам у ворот - Лаконской Академией, а о четвертом Крикс когда-то слышал, что там располагалась самая огромная библиотека из всех ныне существующих.
Сидящие на тумбах у ворот грифоны с мрачным безразличием смотрели на него, когда Крикс завернул под арку входа. Их каменные морды выражали, как ему вдруг показалось, что-то вроде брезгливого удивления - как смеет он, в своей потрепанной одежде, проникать в святая святых Верхнего города - один из Четырех дворцов, куда простолюдинам хода не было? Крикс успокоил себя мыслью, что Пенф и его товарищи когда-то тоже были здесь - и ничего особенного с ними не случилось. Он попробовал представить содержателя гостиницы не тем мужчиной с толстыми щеками и залысиной, который рассказал ему об этом, а мальчишкой, вместе с приятелями пробиравшимся в Лакон, но получалось плохо. Слишком уж привычно было думать о "папаше Пенфе" как о разговорчивом, одышливом толстяке, постоянно распивающим с гостями пиво из своих подвалов.
Тем не менее, Пенф явно знал, что говорил. В Лаконском парке было удивительно красиво. Здесь росли старые, узловатые яблони с искривленными стволами, а на траве валялись яблоки, упавшие с ветвей. По парку без всякого видимого порядка были расставлены мраморные статуи, изображающие юношей, занятых всевозможными делами - один приготовился метать тяжелый диск, другой склонился над лежащей на коленях книгой, третий чистил меч... Крикс догадался, что все эти статуи должны изображать учеников Лаконской Академии - тех самых, у которых в эти дни проходит сбор.
Не успел он об этом подумать, как в конце аллеи показался человек. Не взрослый, но и не ровесник Крикса - с виду он был чуть помладше, чем Эрлано.
- Эй! - окликнул он. - Ты не туда идешь!
Крикс замер. Он уже готов был развернуться и сбежать, но незнакомый юноша при виде его замешательства не выказал и тени изумления.
- Вернись к развилке, поворачивай направо, а когда дойдешь до башни, обойди ее, и попадешь как раз на двор. Там собираются все ваши, - продолжал он свои пояснения.
"Ага, он думает, что я приехал, чтобы здесь учиться" - подумал Крикс.
- Все понял? - серьезно спросил его юноша. Сейчас, вблизи, он выглядел младше, особенно из-за копны растрепанных волос.
- М-мм... да, - ответил Крикс. Наверное, это прозвучало недостаточно уверенно, потому что его собеседник закатил глаза.
- И почему все новички такие бестолковые?... - пожаловался он. - Ладно, пошли, я тебя провожу.
Отказываться было невозможно, и Крикс безропотно последовал за ним.
Он боялся, что по дороге провожатый начнет расспрашивать его о чем-нибудь, но тот шел молча - видимо, считал ниже своего достоинства завязывать беседу с "бестолковым новичком". Путь от развилки занял меньше двух минут, потом они обогнули башню и оказались на площадке, со всех сторон окруженной деревьями и имевшими по обе стороны нечто вроде низеньких трибун из длинных каменных скамей. На этих скамьях небольшими группками и поодиночке сидели мальчики и подростки, некоторые из которых выглядели не старше его самого. За редким исключением они были одеты одинаково, причем точно так же, как и его провожатый: в светло-серую камизу [5], котту [6]из более темной ткани -- ее, впрочем, многие успели снять из-за жары -- и черные штаны. На некоторых были сапоги, другие заменили их на легкие сандалии и сидели, закатав штанины до колен, а рукава рубашек - до локтей. Многие о чем-то болтали и смеялись. Одетые в городское платье новички, наоборот, держались скованно и не спешили с кем-то заводить беседу.
- Можешь бросить свои вещи здесь, - снисходительно заметил его проводник, и Крикс послушно бросил свою заплечную сумку на одну из лавок.
Удовлетворившись этим, юноша отошел от него, но площадку не покинул, а пристроился к какой-то компании, занимающей соседнюю скамью.
Крикс решил, что, если он сейчас встанет и уйдет отсюда, остальным это покажется по меньшей мере странным. Кроме того, было очень любопытно посмотреть, что будет дальше. В конце концов, он в любой момент сможет исчезнуть, и никто даже не обратит внимания. Главное - ни во что ни вмешиваться и ни с кем не разговаривать.
Несколько минут он молча смотрел по сторонам и прислушивался к разговорам пристроившихся по соседству старших - эти увлеченно обсуждали какого-то наставника Ратенна, перебрасываясь непонятными намеками и поминутно принимаясь громко хохотать. Крикс не понимал почти ничего из того, что они говорили, но при каждом взрыве смеха все равно невольно улыбался. А вообще-то ничего такого уж значительного не происходило. Ну, во всяком случае, до той минуты, когда на площадке появился он. Если все остальные приходили на площадку через парк пешком, тот этот паренек не просто появился перед остальными, восседая на роскошном гнедом жеребце, но еще, к немалому удивлению и восторгу Крикса, шагов за двадцать до площадки пустил его в галоп и на глазах у всех перемахнул через живую изгородь. Потом так же небрежно придержал коня и, чуть ли не прежде, чем тот остановился, плавно соскользнул с седла - только взметнулись надо лбом темные волосы и серебристо сверкнул в лучах солнца прицепленный у мальчика на поясе кинжал.
5
Камиза – нижняя одежда, в основном полотняная, представляющая из себя тунику с длинными рукавами, достаточно узкую. По бокам имелись небольшие отверстия, в которые вставлялась шнуровка. В XIII веке камизу уже перестали подкрашивать шафраном, но зато стали более щедро украшать вышивкой.
6
Средневековая мужская и женская одежда. До 12 в. по назначению соответствовала блузе. Длина мужских котт менялась с течением времени - выше колен и совсем короткие, ниже щиколоток. Женское котт соответствовало современному платью.