Мендоза поднял оружие, Хэкетт вытащил из рюкзака пистолет, а Хуарес снял с плеча ружье.
— Если здесь есть золото, оно там, внизу, — сказал Хэкетт, направляясь к лестнице.
— Я с вами, — заявил Хуарес, в глазах которого светилась неожиданная смелость. — Говорили, что все делим поровну.
Хэкетт ткнул ногой лиану, и та вдруг уползла в темноту. Змея.
— Как хочешь. — Он проверил пистолет и озабоченно поглядел на Росса с Мендозой: — Вы тоже идете?
Мендоза кивнул. Росс засомневался, потирая сломанное запястье. Он пришел сюда не за золотом и не ради того, чтобы исследовать затерянный город, вдобавок он был не вооружен — с другой стороны, он должен поглядеть, что там, внизу.
— Да, я с вами.
— А я нет, — сказала Зеб. — Останусь с сестрой Шанталь.
— Пойдемте.
Хэкетт поправил шляпу и двинулся вниз по ступеням.
ГЛАВА 44
Лестница была широкой. Впереди шли Хуарес и Хэкетт, за ними Росс и Мендоза. Прежде чем погрузиться в едкую тьму, Росс посмотрел на монахиню, тщетно пытаясь прочесть что-либо на ее бесстрастном лице. Была ли она тут? Знает ли, что внизу?
На первой площадке воздух стал прохладнее, но запах — сильнее. Росс вытащил фонарик и посветил им в темноту. Миновав еще три пролета, они попали в небольшое помещение с широким проемом в стене. На стенах виднелись каменные держатели, в которые когда-то вставлялись горящие факелы. В свете фонаря Росс видел, что проем ведет в большой зал с проходом дальше по центру и шестью рядами каменных полок по бокам. Полки были уставлены предметами, напоминавшими каменные гробы.
Росс содрогнулся.
— Там, наверное, тела знатных людей, которых принесли в жертву, — пояснил Хэкетт. — Без сердец, разумеется.
Спина Хуареса дернулась. Перуанец терпеть не мог развалин. Сейчас, в тесной гробнице, среди останков тех, кто умер мучительной смертью больше тысячи лет назад, Росс думал о проклятии с чуть большим уважением.
Внезапно Хуарес вскрикнул и едва не уронил фонарь.
— Mirada! Mirada! Oro! Oro![8]
— Черт возьми! — воскликнул Хэкетт.
Росс посветил фонарем в сторону Хуареса и увидел… не живописно, как в кино, вываленные на пол груды сокровищ, а бруски, разложенные неведомым архитектором с удивительной точностью. Из слитков была сложена точная, высотой в человеческий рост копия того самого зиккурата, в котором они сейчас находились. Нескольких штук не хватало. «Интересно, — подумал Росс, — кто их забрал? Здешние жители, которые ушли, чтобы основать новые города и цивилизации? Или, может, сестра Шанталь?»
Мендоза присвистнул.
— И сколько все это стоит?
Хэкетт, захрипевший от возбуждения, отыскал в кармане куртки ингалятор и вдохнул лекарство.
— Когда я справлялся в последний раз, золото стоило около шести с половиной сотен долларов за унцию. — Он взял в руку слиток. — Каждый весит по меньшей мере четыреста или пятьсот унций, и их тут сотни, а то и тысячи.
— Получается, мы богаты? — уточнил Хуарес.
— Очень богаты, — сказал Мендоза. — Это сотни миллионов долларов. Вот только как мы все заберем?
— До реки полтора дня ходу, — ответил Хэкетт, возвращая слиток на место. — Возьмем с собой немного, раздобудем что-нибудь для транспортировки, а потом заберем остальное.
Росс остался на удивление равнодушен к находке. Она, конечно, потрясала воображение, да и не то чтобы его не привлекала головокружительная перспектива несметного богатства… просто не это сокровище он искал. Он представил, как древние обитатели этих мест проливали кровь и отдавали свое золото, чтобы спасти то, что для них было куда ценнее, — фонтан, город и собственные жизни. Он бы и сам с радостью отказался от доли, лишь бы спасти то, что любил.
— Росс, ты куда?
— Пойду воздухом подышу. Заодно расскажу все Зеб и сестре Шанталь.
— А ты не хочешь остаться и обсудить, что делать дальше?
— Золото никуда не убежит.
Хэкетт нахмурился:
— Росс, это же потрясающая находка, а ты как будто и не рад.
— Да нет, я очень рад. Просто, мне кажется, поговорить о том, что с ней делать, мы можем и снаружи.
— Я с тобой, — сказал Хуарес. — Золото мне нравится, а это место — ни капельки.