Противоположную позицию в вопросе об основных законах переходного периода, но всецело проникнутую механицизмом заняли представители правого оппортунизма. Тов. Бухарин свой основной закон переходной экономики открыл «в законе трудовых затрат». Этот «закон», по мнению т. Бухарина, выступает здесь обнажённым от того греховного, фетишистского «ценностного» белья, в которое он облачён при капиталистических отношениях. Тов. Бухарин пытался опереться на мысль Маркса в его письме к Кугельману, где Маркс устанавливает, что «необходимость разделения труда в определённых пропорциях» представляет собою «закон природы» и что она «не может быть уничтожена определённой формой общественного производства». Тут же Маркс указывает, что в условиях товарного производства формой проявления известной пропорциональности в распределении труда в обществе является меновая стоимость[146].
Тов. Бухарин сделал из этих указаний Маркса вывод, что Марксом здесь якобы выдвигается некоторый общий для всех времён «закон пропорциональных трудовых затрат», материальное содержание которого остаётся неизменным, но исторические формы проявления этого закона различны в разных общественных формациях. В товарно-капиталистическом обществе закон «трудовых затрат» выступает в фетишистском наряде закона ценности, стоимости.
В условиях же переходной экономики вместе с победой социалистического начала, по мнению т. Бухарина, начинается процесс сбрасывания «законом трудовых затрат» своего ценностного «белья», происходит его «дефетишизация». Он превращается в «просто» закон трудовых затрат, характеризующий развитие нашей экономики. Действие этого «закона» в переходной экономике т. Бухарин при этом понимал как сознательное предвосхищение нами тех же пропорций в распределении затрат труда, которые вследствие регулирования их стоимостью должны были бы установиться сами собой, стихийным путём, как, стало быть, сознательное равнение на сохранение определённых пропорций, существующих между различными секторами переходной экономики.
Всё отличие «голого» закона трудовых затрат от того же закона, переодетого в наряд «закона стоимости», состоит таким образом лишь в сознательном установлении тех же трудовых пропорций, которые установились бы самотёком, стихийным путём. В этом смысле, по мнению т. Бухарина, недопустимо противопоставлять социалистическое накопление закону ценности так, как это делает т. Преображенский. «Фигурально говоря, — заявлял т. Бухарин, — мы и закон ценности заставляем служить нашим целям»[147]. Тов. Бухарин исходил здесь из своей пресловутой теории равновесия, о которой уже неоднократно упоминалось. Но в противоположность точке зрения т. Преображенского, видевшего две системы, враждебно противостоящие одна другой и не могущие сохранить между собой равновесия, т. Бухарин рассматривал советскую экономику как равновесие двух секторов — капиталистического и социалистического.
Равновесие обоих секторов т. Бухарин понимал таким образом, что плановое воздействие социалистического сектора вынуждено следовать законам стихийного товарного производства, что политика диктатуры пролетариата должна «объективистски» приспосабливаться к этим законам. Секторы т. Бухарина т. Сталин поэтому остроумно сравнил с двумя ящиками, которые катятся по параллельным линиям; этому движению нет выхода за пределы законов стихийного товарного производства, оно не может поэтому привести к расширенному воспроизводству социалистических отношений, к победе социалистического сектора. Интересно также, что свой закон трудовых затрат т. Бухарин понимал как закон «издержек производства». Последний, как известно, характерен для капиталистического способа производства, где регулирование затрат зависит от цены производства, т. е. в конечном счёте от той же стоимости. Короче говоря, в своём определении закономерностей советского хозяйства т. Бухарин не выходил из круга понятий буржуазной экономики. Неудивительно, что единственно возможный, «столбовой» путь перехода от мелкого производства к социализму, по мнению т. Бухарина, лежал через обращение, через товарообмен, а не через развитие в деревне высших форм социалистического производства[148].