Буржуазные учёные доказывают также, что государство не имеет ничего общего с эгоистическими классовыми интересами, что государство охраняет не интересы какого-либо одного класса, но общие интересы всего общества. По определению буржуазной науки, все учреждения, представляющие государство, — законы, суды, чиновничество, армия и т. д., — имеют своей целью общее, «народное» благо. Наконец буржуазные учёные обычно не проводят никакого различия между государством и обществом, между экономикой и политикой. Так например согласно буржуазным теориям естественного права — государство есть идеальное, разумное общество, оно возникает путём общественного договора, который заключают между собою люди.
Материалистическое понимание истории вскрывает подлинную классовую сущность государства. Государство возникло не потому, что люди по свободному договору согласились ограничить себя в части своих прав для защиты общечеловеческих прав, как это думали Руссо, Кант и др. Неправильно также объяснять происхождение государства внешним завоеванием одного народа другим или видеть в нём продукт «нравственной идеи», как это делал Гегель. «Государство, — говорит Энгельс, — никоим образом не есть сила, извне навязанная обществу. Столь же мало представляет оно собой „действительность нравственной идеи“, „образ и действительность разума“, как утверждает Гегель. Государство есть продукт общества на известной ступени развития, есть признание, что общество запуталось в неразрешимом противоречии само с собой, что оно раскололось на непримиримые противоположности, избавиться от которых оно бессильно. Для того чтобы эти противоположности и противоречия с противоположными экономическими интересами не пожрали друг друга и вместе с тем самое общество в бесплодной борьбе, понадобилась особая сила, стоящая повидимому над обществом, которая бы умеряла столкновения, держала их в границах „порядка“. Эта сила, из общества выделившаяся, но ставящая себя над ним, и есть государство»[175].
Марксизм-ленинизм прежде всего не отождествляет общество и государство, — экономическую структуру общества и его политическую организацию, которая представляет, по словам Маркса, «официальное выражение», «официальное резюмэ» общества[176]. B способе производства, в классовых производственных отношениях Маркс и Энгельс видели экономическую, классовую основу государства. «Непосредственное отношение собственников условий производства к непосредственным производителям, — читаем мы в „Капитале“, — отношение, всякая данная форма которого всякий раз естественно соответствует определённой ступени развития способа труда, а потому и общественной производительной силе последнего, — вот в чём мы всегда раскрываем самую глубокую тайну, сокровенную основу всего общественного строя, а следовательно и политической формы отношений суверенитета и зависимости, короче, всякой данной специфической формы государства»[177]. По общему правилу, замечает Энгельс, государство «является государством наиболее сильного, экономически господствующего класса, который при посредстве его становится также господствующим политически и таким образом приобретает новое средство, чтобы держать в подчинении и эксплоатировать угнетённый класс»[178].
Государство является всегда классовым — организацией господствующего класса. Политическая власть, говорит «Коммунистический манифест», «есть организованная сила одного класса, имеющая целью подчинение другого класса». «Общие интересы», которые, по уверению буржуазных государствоведов, якобы представляет и охраняет государство, — народное просвещение, здравоохранение, зашита «нации» от внешних врагов, охрана незыблемости узаконенного «порядка», — все эти задачи государство выполняет лишь постольку и в такой форме, в какой и поскольку в этом заинтересован господствующий класс.