Господство капиталистов в буржуазном государстве поддерживается не только парламентаризмом, но и столь вещественными средствами воздействия, как армия, полиция, тюрьмы, суды. Все эти организации находятся в руках господствующих классов или же чиновников, которые служат интересам буржуазии.
Свобода печати в буржуазном государстве является только свободой для буржуазии, т. е. для меньшинства. Для пролетариата, не имеющего своих типографий, газет, журналов, «свобода печати» в буржуазном государстве неосуществима. Мы не говорим уже о тех случаях, когда буржуазное государство (несмотря на так называемую «свободу печати») конфискует и запрещает коммунистическую печать (например в Германии, Америке и т. д.). Всё сказанное о свободе печати относится и к «свободе» собраний, фактически запрещённых и разгоняемых полицией.
Таким образом всеобщее избирательное право, парламентаризм, свобода печати, свобода собраний и т. д., т. е. все формы проявления буржуазной демократии, направлены к поддержанию господства буржуазии, т. е. ничтожного меньшинства. Отсюда ясно, что буржуазная демократия есть не что иное, как государственная форма диктатуры буржуазии.
Поэтому рабочий класс, который свергает капитализм, должен сломать, разбить старую государственную машину и заменить её новой, диктатуре буржуазии противопоставить диктатуру пролетариата.
Буржуазия, завоевав государственную власть, нуждалась в государственном аппарате для подавления и угнетения трудящихся масс. Старый феодальный государственный аппарат в основном был пригоден для этого. Буржуазия его лишь несколько видоизменила, приспособив к условиям собственного господства, но сохранила все его характерные черты как машины для угнетения эксплоатируемых масс. Пролетариат завоёвывает государственную власть для того, чтобы уничтожить всякую эксплоатацию человека человеком. Для этих целей старая государственная машина вовсе не приспособлена. Поэтому пролетариат, завоевав государственную власть, не может просто усовершенствовать старую государственную машину. Пролетариат должен сломать, разрушить‚ старую буржуазную государственную машину, а на её месте создать новую — пролетарское государство.
Поэтому Ленин и говорит, развивая далее учение Маркса и Энгельса, что все прежние революции усовершенствовали буржуазную государственную машину: «её надо разбить, сломать. Этот вывод есть главное, основное в учении марксизма о государстве».
«Революция должна состоять не в том, чтобы новый класс командовал, управлял при помощи старой государственной машины, а в том, чтобы он разбил эту машину и командовал, управлял при помощи новой машины»[204].
4.8. Вопрос об отношении к государству у социал-фашистов, анархистов, троцкистов, «левых» и правых оппортунистов
По вопросу об отношении к буржуазному государству марксизм-ленинизм издавна вёл борьбу против социал-демократического оппортунизма и против анархизма. Для социал-фашизма характерно суеверное почтение к буржуазному государству. Государство изображается как продукт классового сотрудничества, как некоторая внеклассовая самодовлеющая организация, стоящая выше классовой борьбы. Социал-фашист Кунов возвращается к гегелевскому учению о государстве как «разумном организме». Подобные же внеклассовые, идеалистические теории государства развивали в русской литературе Плеханов и Троцкий.
Социал-фашисты изображают дело таким образом, что пролетариат сможет путём мирного всеобщего голосования притти к управлению государством, подчинить себе старую буржуазную государственную машину и использовать её в своих интересах.
Социал-демократическая «теория» об использовании буржуазной государственной машины представляет собой явное искажение марксизма и отрицание основного положения, что буржуазное государство есть орудие угнетения одного класса другим. В то же время все социал-фашисты, начиная от Бернштейна, Каутского, Кунова и кончая ренегатом Троцким, отрицают диктатуру пролетариата, борются с ней и являются наиболее активными адвокатами интервенции против Советского союза.