Самой ожесточённой классовой борьбой во всей мировой истории несомненно является революция пролетариата против буржуазии, против наиболее развитой формы классовой эксплоатации. «Революцией называется отчаянная борьба классов, дошедшая до наибольшего ожесточения. Классовая борьба неизбежна, — формулирует Ленин эту особенность пролетарской революции. — Либо надо отказаться от революции вообще, либо нужно признать, что борьба с имущими классами будет самой ожесточённой из всех революций»[253].
Весь старый эксплоататорский мир во главе с буржуазией выступает против авангарда трудящихся — пролетариата‚ — вооружённый неслыханной экономической и политической мощью, опираясь на воздействие буржуазной культуры и идеологии. Тысячами нитей по всем направлениям буржуазия, как мы уже знаем из предыдущих глав, опутывает и связывает мелкобуржуазные массы, умело используя огромную силу их собственнических и торгашеских традиций. Влияние буржуазии проникает и в среду пролетариата; опираясь на своих социал-лакеев, она выращивает, воспитывает в его среде рабочую аристократию и всячески использует политическую отсталость отдельных слоёв пролетариата. Всё экономическое влияние, все политические, культурные, бытовые предрассудки мобилизуются буржуазией против революции.
Пролетариат должен уничтожить самую развитую и могущественную форму эксплоатации — капиталистическую — и тем самым положить конец всякой эксплоатации. Но этой форме соответствует и самая развитая и могущественная из всех когда-либо существовавших до неё политических форм классового угнетения — буржуазное государство, «признанной задачей которого является увековечение господства капитала и рабства труда»[254].
Все прежние революции, в которых один эксплоататорский класс приходил на смену другому, ограничивались тем, что этот новый класс завладевал старой государственной машиной и лишь продолжал в своих классовых интересах совершенствовать этот аппарат угнетения меньшинством трудящегося большинства. Революция, направленная против всякой эксплоатации‚ должна очевидно поставить перед собой в корне отличную задачу: пролетариат должен сломать, разрушить, уничтожить этот аппарат, выковавшийся эксплоататорами для обеспечения их господства над эксплоатируемыми и могущий служить только целям угнетения и эксплоатации. На его место пролетарская революция должна поставить государство диктатуры пролетариата, новую политическую форму, в рамках которой единственно возможно разрешение всех задач социалистической революции.
Нельзя победить, нельзя свергнуть буржуазию, уничтожить классы, построить социализм, не разбив, не сломав предварительно буржуазного государства, буржуазной государственной машины. Отрицать это — значит отрицать «главное, основное в учении марксизма о государстве». Это значит, вместе с тем, отрицать всё учение марксизма о пролетарской революции. «Революция, — говорит Ленин, — состоит в том, что пролетариат разрушает „аппарат управления“ и весь государственный аппарат, заменяя его новым, состоящим из вооружённых рабочих». «Суть дела в том, сохраняется ли старая государственная машина (связанная тысячами нитей с буржуазией и насквозь пропитанная рутиной и косностью), или она разрушается и заменяется новой»[255].
Маркс и Энгельс строили всю свою огромную теоретическую и практическую политическую работу, выясняя условия подготовки и осуществления революции пролетариата, они строили её в борьбе за диктатуру пролетариата. Весь процесс развития пролетариата они рассматривали как процесс «более или менее скрытой гражданской войны, происходящей в недрах современного общества вплоть до того пункта, когда эта война превращается в открытую революцию и пролетариат путём насильственного низвержения буржуазии кладёт основание своему государству»[256].
Отправляясь от этого существеннейшего принципа марксизма, Ленин показал, как подготовлялась полная измена марксизму, а затем и переход в лагерь контрреволюции у крупнейшего из теоретиков II Интернационала — у Каутского. Ленин показал, как даже в лучшие свои времена Каутский обходил и замазывал основной вопрос революции — вопрос о государстве, о необходимости разрушения буржуазной государственной машины, о диктатуре пролетариата, т. е. «смазывал самое существенное отличие марксизма от оппортунизма в вопросе о задачах пролетарской революции»[257].