Значит ли это, что сознание общественное и сознание индивидуальное — явления тождественные? Они тождественны и в то же время различны. Поскольку содержание индивидуального сознания всегда общественно, постольку эти понятия тождественны. Однако общественное сознание очень многогранно и разнообразно, оно диференцируется прежде всего по линии содержания идей, представлений, эмоций различных общественных классов. Затем даже представители одного и того же класса в пределах единого классового сознания по-разному переживают, воспринимают те или другие стороны действительности. Химик Лавуазье, художник Давид и политик Робеспьер жили в одно и то же время, в одну и ту же эпоху Великой французской революции и были каждый в своей области выразителями классовых интересов буржуазии, однако у каждого из них круг его интересов, представлений и чувств отличался от другого своей особой направленностью, что не исключало конечно классовой общности их сознания.
Необходимо отметить, что основоположники марксизма говорят обычно об «общественном сознании» и идеологиях как его особых «формах». Плеханов же охотно употребляет термин «общественная психология», или «психика» (она фигурирует и в известной плехановской пятичленной формуле исторического материализма). «Идеологии», с точки зрения Плеханова, формируются, создаются на основе определённой общественной «психологии», которая, по Плеханову, не что иное, как господствующие в данный период настроения и представления людей, на почве которых и вырастают уже определённые идеологии.
Если бы вопрос был только вопросом терминологическим, вопросом словоупотребления, он не представлял бы особой сложности. Термин общественная «психология» или, правильнее, общественная «психика», распространившийся в последнюю треть прошлого века (с лёгкой руки буржуазного идеализма и эмпиризма), не означает по существу ничего другого, как то же общественное «сознание». Однако несомненно, что последнее обозначение и теоретически более правильно. Употребление термина «психика» открывает путь идеалистическому «учению» о «подсознательной» и даже «бессознательной психике» (учение идеалиста Бергсона, фрейдизм). Оно облегчило путь огромному влиянию реакционной теории Фрейда, согласно которой «подсознательное» и «бессознательное» будто бы играют решающую роль в человеческом сознании.
Но дело здесь не только в словоупотреблении. Недостаток и ошибочность плехановского различия общественной «психологии» и «идеологии» заключаются, во-первых, в том, что Плеханов в известной мере биологизирует, мыслит натуралистически само понятие общественной психологии, и, во-вторых, в том, что он недиалектически понимает соотношение между психологией и идеологией, причём первая ошибка Плеханова связана со второй.
Давая подчас хорошие образцы марксистского анализа искусства и литературы (например первобытных народов, буржуазного искусства и др.), Плеханов всегда подчёркивает, что общественная психология того или другого класса, как данная и уже возникшая, имеют один общий корень: «психологию данной эпохи, — это понять нетрудно, и в этом убедится всякий, кто хоть бегло ознакомится с фактами»[345]. Декларируя, что в основе идеологии лежит ещё особая область общественной психологии, Плеханов недостаточно вскрывает классовое идеологическое содержание обусловленного сознания. Над ним довлеет биологизм с вечными психологическими законами человеческой природы (закон «антитезы», подражания). Например смену аристократического направления буржуазным во французской драматической литературе XVII и XVIII вв. Плеханов объясняет действием психологического закона «антитезы» и этим конечно замазывает классовую антагонистичность этих литератур. Плеханов не понимает, что во внутренней противоречивости искусства (например в противоречиях творчества Толстого) проявляется сам классовый характер литературы и искусства, и для объяснения этих противоречий незачем прибегать к особым законам психологической антитезы.
Такое понимание Плехановым общественной психологии и идеологии вырывает между ними пропасть, не даёт возможности понять их взаимный переход, их развитие. Поэтому Плеханов и не сумел вскрыть противоречивый процесс борьбы и вызревания классовой идеологии внутри «психологии эпохи» — в борьбе её с другими классово враждебными идеологиями.