Идеологический фронт развивается не как мирное, гладкое, культурное строительство, а как фронт ожесточённой классовой борьбы, в котором враг подчас прибегает к весьма изощрённым облачённым в «марксистскую» фразеологию приёмам, требующим особой бдительности со стороны пролетариата.
Вопрос о пролетарской культуре, о путях её развития есть, с одной стороны, вопрос об отношении пролетариата к наследству буржуазной культуры и, с другой стороны, вопрос о социалистической сущности пролетарской культуры. А этот последний вопрос включает в себя также и такую проблему, как переделка в процессе социалистического строительства и культурной революции миллионов рабочих и крестьян в сознательных строителей социализма. Вопрос о пролетарской культуре — это по существу вопрос о развитии всей совокупности форм пролетарского общественного сознания.
Не удивительно, что по вопросу о строительстве пролетарской культуры у нас создалось много антимарксистских и антиленинских теорий. Два крайних антимарксистских полюса в этом вопросе представляют богдановско-бухаринская и троцкистская точки зрения, а между ними, или вернее эклектическим соединением этих точек зрения, являются взгляды меньшевиствующего идеализма на культурную революцию.
Богдановская теория пролетарской культуры связана со всей его идеалистической теорией идеологии и культуры. «Культура, — говорит Богданов, — сводится к совокупности методов и средств организации социальной жизни людей»[389]. Организационные функции культуры и идеологии Богданов отрывает от материального бытия людей.
Идеология и так называемая духовная культура в целом не обладают никакой организующей ролью, если их рассматривать вне зависимости от определяющей роли базиса и классовой борьбы. Культура умирающей буржуазии мечется в неразрешимых противоречиях и ярко выражает собой анархию, крах капиталистического общества. Богданов же в соответствии со своими организационными схемами «феодальной» и «буржуазной культуры», совершенно абстрактно надумывает схему пролетарской культуры. В основу её Богданов кладёт коллективизм, о свойствах которого Богданов говорит вне всякой зависимости от конкретной обстановки классовой борьбы и диктатуры пролетариата. Одним словом, поскольку всякая культура «организует» общественную жизнь людей и каждый класс обладает культурой, пролетариату также необходимо выработать особую культуру по некоторым готовым абстрактным коллективистическим принципам и при её помощи «организовать» жизнь пролетариата.
Эта богдановская теория «пролетарской культуры» идеалистична, схематична, а тем самым и утопична: предлагается особым добродетельным людям, выращенным в особых парниках богдановских идей, создавать пролетарскую культуру. Богданов не понимает, что сама культура пролетариата является своеобразным фронтом классово политической борьбы пролетариата. Согласно его схеме она превращается в узкое буржуазное культурничество. Вот почему такое понимание пролетарской культуры — вне исторического её развития и вне классовой борьбы — было легко воспринято механицизмом и правым оппортунизмом в лице Бухарина.
Свою утопию пролетарской культуры в наших условиях Богданов пытался осуществить в организации так называемого пролеткульта, против идей которого очень резко выступил Ленин. Ленин критиковал и разоблачал богдановские и бухаринские идеи пролетарской культуры по двум линиям: во-первых, потому что богдановское понимание пролетарской культуры неисторично. Оно выбрасывает за борт значение буржуазной культуры для пролетариата. Оно забывает, что пролетариату, возможно преодолеть буржуазную культуру только в процессе завоевания её достижений, только в процессе критической учёбы. «Без ясного понимания того, что только точным знанием культуры, созданной всем развитием человечества и только переработкой её можно строить пролетарскую культуру — без такого понимания нам этой задачи не разрешить»[390]. Во-вторых, ленинская критика Богданова и Бухарина в вопросах культуры подчёркивает, что пролетарская культура не представляет собой узкого «культурничания», что она не может подчиняться надуманным схемам, а конкретно вырастает из практики революционной переделки пролетариатом капиталистического общества, — является фронтом классовой борьбы в период диктатуры пролетариата. Такое понимание пролетарской культуры нашло своё выражение в программе Коммунистического интернационала, принятой VI конгрессом Коминтерна. «Рабочий класс лишь в переходный период, лишь после завоевания им государственной власти, лишь разрушая буржуазную монополию образования и овладевая всей наукой, лишь на опыте величайшей строительной работы — переделывает свою собственную природу. Для массового порождения коммунистического сознания и для дела самого социализма необходимо массовое изменение людей, которое возможно только в практическом движении, в революции».