Уже государственные религии древнего мира содержали в себе зародыши монотеизма, единобожия. Одним из путей развития монотеистических идей явилось отражение в религии организации деспотических монархий древнего мира. Так победа Фив в древнем Египте над другими сильнейшими городами высоко превознесла бога Амона. Он считается уже предвечным творцом мира, он владыка богов. То же самое мы видим в древневавилонской религии. Победа Вавилона выдвигает на первое место вавилонского бога — Мардука.
Таким же отражением деспотической организации явился и еврейский бог — воинственный и мстительный Иегова.
Но решающую роль в выработке идей об едином боге сыграло товарное хозяйство с стихийными силами его рынка. Слепая стихия рынка господствует над людьми. Неощущаемая физически, роковая и грозная власть товарного производства над обществом, его создавшим, получает отражение в виде веры в абстрактного, безличного бога, всеобъемлющего, всевидящего и всемогущего. Замаскированному характеру тягчайшей эксплоатации и рабства в капиталистическом обществе в виде свободного труда, «демократическим свободам» соответствует религиозное учение о равенстве всех людей перед господом.
Эти особенности религии капиталистического общества тонко отметил Маркс. Он писал в «Капитале»: «Для общества товаропроизводителей характерно общественно-производственное отношение, которое состоит в том, что продукты труда являются здесь для них товарами, т. е. стоимостями, и что отдельные частные работы приравниваются здесь друг к другу в этой единообразной форме как одинаковый человеческий труд, — для такого общества наиболее подходящей формой религии является христианство c его культом абстрактного человека, в особенности в своих буржуазных разновидностях, каковы протестантизм, деизм и т. д.». Об этом же самом говорит Энгельс в «Анти-Дюринге»: «На дальнейшей ступени развития вся совокупность естественных и общественных таинственных сил переносится на одного всемогущего бога, который в свою очередь является лишь отражением абстрактного человека».
Это отражение абстрактного человека нашло наиболее полное выражение в христианстве. Но, говоря о последнем, необходимо помнить, что христианство само в соответствии с изменениями в социально-экономических отношениях принимало ту или другую свою разновидную форму. Есть существенные различия между первоначальным христианством, средневековыми его формами, каковыми являются католичество и православие, и позднее нарождающимися буржуазными разновидностями христианства, в виде например протестантизма или деизма.
Но эти различия разумеется не мешают играть христианским религиям, подобно всякой другой религии, гнуснейшую роль защиты и оправдания эксплоатации. «Первоначальное христианство в основном является религией распадающегося рабского хозяйства, — писал Энгельс в „Некрологе Бруно Бауэра“». — «Во всех классах должно было находиться известное количество людей, отчаявшихся в материальном освобождении и искавших себе возмещение в духовном освобождении — утешения в сознании, которое спасало их от полного отчаяния». Среди этих людей, страстно тосковавших по утешению, страстно желавших бежать от этого действительного мира в мир идеальный, большинство вербовалось из рабов. Во время этого-то всеобщего экономического, политического, умственного и морального разложения и выступило христианство. Раннее христианство, распространявшееся прежде всего среди низших слоёв народа, античного пролетариата и рабов, по которым сильно ударил экономический кризис, явилось идеологией упадка, беспомощности и отчаяния. Призывая верующих к небесному царству, христианство оставляло нетронутым царство земное, наоборот, оно приучало в страданиях и тягостях жизни, зависевших от порядка земного царства, видеть средство к спасению. В фантастическом образе страдальца-бога, добровольно принимавшего смерть и торжествующего только после смерти, отразилась беспомощность угнетённых классов греко-римского общества эпохи распада рабского хозяйства, не сумевших выступить на борьбу против существующих порядков с действительно революционными мерами.
Каутский в своих работах «Происхождение христианства» и «Предшественники социализма» идеализировал христианство и религию, приписывая первоначальному христианству революционный характер и считая, что всё зло в христианстве происходит только от церкви, клира. Такое разграничение роли религии и церкви типично для социал-демократии и является примирением с религией как с таковой. Христианство, проповедывавшее свободу духа, вело к закрепощению тела, освящало рабство, насилие и эксплоатацию. Вот почему там, где широко развились товарные отношения, христианство в руках эксплоататоров явилось испытаннейшим орудием закабаления и одурманивания трудящихся масс[409].
409
К. Каутский в своей работе «Происхождение христианства» выводит первоначальное христианство из революционного движения античного пролетариата. Вопреки научным изысканиям мифологической школы, доказавшей, что никакого исторического Иисуса не было, по Каутскому, евангельский Иисус якобы действительно существовал и погиб во время уличной схватки в Иерусалиме. Его приверженцы рассеялись по всем странам греко-римского мира, неся повсюду революционные и коммунистические идеи… Но коммунизм христианства не имел под собой экономической почвы, и первоначальные христианские общины — результат благочестивого измышления Каутского, не соответствующий исторической действительности — проделывают якобы своё диалектическое развитие и переходят в свою противоположность — в институт материального могущества епископов и клира. К. Каутский в своей работе проделал своеобразную аберрацию исторических перспектив. Революционное движение нашего времени он переносит на две тысячи лет назад и на вымышленных событиях прошлого, якобы вычитанных им из таких исторических документов, как евангелия и «Деяния апостолов», пытается показать безрезультатность и бесполезность революционных мероприятий. Проф. Виннер («Возникновение христианства») выводит христианство из подпольных организаций еврейских финансистов того времени. Рожицын, следуя за Виннером, в «Золотой легенде» пытался доказать, что первоначальное христианство возникло среди знатных и богатых кругов древнего общества.