Он говорит: Асад шел, пока не остановился в ас-Сидре, селении в [области] Балха. Конницей хиджазцев командовал Райхан б. Зийад ал-’Амири ал-’Абдалли, из бану ‘абдаллах б. ка’б. Он говорит: он сместил его и поставил над хиджазцами Мансура б. Салима. Затем он выступил из ас-Сидры и остановился в Харистане. Асад услышал ржание лошади и спросил: “Чья это?” Ему ответили: “Ал-’Аккара б. Зу’айра”, — и он увидел дурное предзнаменование в имени его и его отца[171] и сказал: “Верните его!” Тот ответил: “Я буду убит, сражаясь завтра утром против тюрков”. Асад сказал: “Да проклянет тебя Аллах!” Затем он отправился и когда приблизился к горячему источнику, ему навстречу вышел Бишр б. Разин или Разин б. Бишр, и Асад сказал: “Красота и крепость![172] Что за тобой, Разин?”[173] Тот ответил: “Если ты нам не поможешь, у нас отнимут наш город”. Он сказал: “Скажи ал-Микдаму б. ‘Абдаррахману, пусть он |1608| поднимет мое копье!”[174] И он продолжал марш и остановился в двух фарсахах от [главного] города Джузаджана. Затем рассвело и два конных войска оказались в виду друг друга.
Хакан спросил у ал-Хариса: “Кто это?” Тот ответил: “Это — Мухаммад б. ал-Мусанна и его знамя”. [Другие] говорят, что несколько разведчиков хакана возвратились к нему и сообщили ему, что громадное облако пыли показалось со стороны Балха. Хакан позвал ал-Хариса и сказал: “Разве ты не утверждал, что Асад не в состоянии оправиться? А вот облако пыли приближается со стороны Балха”. Ал-Харис ответил: “Это — тот разбойник, о котором я тебе раньше рассказывал, что он из моих сторонников”. Но хакан послал разведчиков, наказав: “Смотрите, не увидите ли на верблюде трон и седалище (сарир ва карасийй)”. Разведчики пришли к нему и сообщили ему, что они их видели. Тогда хакан сказал: “Разбойники не возят тронов и седалищ, а это Асад напал на тебя”.
Асад прошел расстояние в полет стрелы и ему встретился Салим б. Джанах и сказал: “Радуйся, о, эмир! Я подсчитал их приблизительно и число их не достигает и четырех тысяч. И я надеюсь, что он будет жертвой Аллаха!” А ал-Муджашшир б. Музахим, который ехал рядом с ним, сказал: “Расположи, о, эмир, своих людей лагерем!” Но он ударил его лошадь по морде и сказал: “Если бы тебе повиноваться, Муджашшир, мы бы не пришли сюда”. Он проехал еще немного и сказал: “О, люди утра![175] Спешивайтесь!” И они спешились и составили плотнее своих верховых животных, и взяли стрелы и луки.
Он говорит: хакан находился на лугу, на котором он провел ту ночь. Он говорит: ‘Амр б. Абу Муса говорит; Асад снялся с места, когда совершил утреннюю молитву, и прошел мимо Джузаджана, который уже захватил хакан, так что его конница |1609| дошла до Шубуркана. Он говорит: а замки Джузаджана тогда были ничтожными. Он говорит: к нему пришел ал-Микдам б. ‘Абдаррахман б. Ну’айм ал-Гамиди со своими воинами и жителями Джузаджана, — а он был наместником его, — и они предоставили себя в его распоряжение, но он сказал: “Оставайтесь в вашем городе”. А ал-Джузаджану б. ал-Джузаджану сказал: “Иди со мной!”
Построением войск к бою руководил ал-Касим б. Бухайт ал-Мараги. Он (Асад) поместил на свой правый фланг аздитов, тамимитов и ал-Джузаджана б. ал-Джузаджана с его наемниками. Им он придал жителей Палестины, во главе которых был Мус’аб б. ‘Амр ал-Хуза’и, и жителей Киннасрина под начальством Сагра’ б. Ахмара. Раби’итов он поместил на свой левый фланг под начальством Йахйи б. Худайна и придал им жителей Химса, которыми командовал Джа’фар б. Ханзала ал-Бахрани и аздитов под начальством Сулаймана б. ‘Амра ал-Мукри из химйаритов. Начальником авангарда он поставил Майсура б. Муслима ал-Баджали и присоединил к ним жителей Дамаска под командой Хамали б. Ну’айма ал-Калби, придав им также гвардию (харас), личную охрану (шурта)[176] и рабов Асада.
Он говорит: хакан построил ал-Хариса б. Сурайджа и его воинов, царя Согда, владетеля Шаша, Харабугру, отца Ханахары, деда Кавуса, владетеля Хуттала, джабгуйу и тюрков, всех их на правом крыле. Когда они столкнулись, ал-Харис с бывшими с ним согдийцами, бабийцами[177] и другими атаковал левое крыло, на котором находились раби’иты и отряды сирийцев из двух джундов[178], и обратил их в бегство и не могло их удержать ничто до самого шатра Асада. Затем на них произвело натиск правое крыло [мусульман], которое составляли аздиты, |1610| тамимиты и ал-Джузаджан, но едва они их достигли, как ал-Харис и тюрки обратились в бегство, и люди бросились в атаку все. Тогда Асад воскликнул: “О, боже! Поистине они ослушались меня, помоги же им!” Тюрки бежали беспорядочными группами, не обращая ни на кого внимания, а люди их преследовали на расстоянии трех фарсахов, убивая всех, кого могли, пока не достигли их стад. И они угнали более ста пятидесяти пяти тысяч овец и множество лошадей. Хакан взял путь по горам, оставляя в стороне большую дорогу, а ал-Харис б. Сурайдж охранял его. Асад настиг их около полудня.
176
Шурта — первоначально личная охрана эмира, которая одновременно следила за порядком в городе или военном лагере. Впоследствии — полиция.
178
Картина расположения войск и боя не совсем ясна. Выше, при построении отряды сирийских джундов — Химса и Киннасрина — упоминаются приданными правому крылу мусульман