Писистратиды не теряли надежды вернуть себе власть, тем более что их поддерживали Спарта и, как мы еще увидим, персидский царь. В Афинах они также имели немало сторонников. Для того чтобы предупредить возможность возврата к тирании, Клисфен ввел новое установление — остракизм («остракон» значит «черепок»). В народном собрании ставится вопрос: нужно ли подавать черепки? Если вопрос разрешался утвердительно, то собиралось особое народное собрание для «черепкования» под председательством девяти архонтов и пританов; в него должно было входить не менее 6000 граждан. Каждый гражданин писал на черепке имя того общественного деятеля, которого он считал опасным для спокойствия государства, и подавал его закрытым. Получивший большинство голосов подлежал изгнанию. Такое изгнание, однако, не наносило никакого бесчестия: гражданин не лишался прав, имущество его не конфисковывалось. Он должен был только покинуть Афины на десять лет, по истечении какового срока мог возвратиться.
С родовыми привилегиями было, таким образом, покончено раз навсегда. Граждане именовались официально уже не по отчеству (хотя и это наименование осталось в употреблении), а по дему; например, Перикл Холаргский, Фемистокл Фреаррийский и т. д. Целый ряд иностранцев, фактически получивших гражданские права при Писистрате, теперь официально получили эти права и были включены в филы и фратрии. Правда, аристократический ареопаг сохранил свои права по надзору за законодательной деятельностью, учреждениями и отдельными лицами, но его влияние было значительно уменьшено благодаря совету пятисот. Зато имущественные привилегии Клисфен сохранил полностью: в клисфеновский совет, как и на все другие должности, могли быть избираемы только граждане высших трех классов от тридцати лет — правда, теперь независимо от происхождения.
«Новая аристократия богатства окончательно оттесняла на задний план старую родовую знать... И наряду с этим разделением свободных на классы в соответствии с имущественным положением происходило... громадное увеличение числа рабов, принудительный труд которых служил основанием, на котором возвышалась надстройка всего общества».[149]
Как мы видели, Клисфен признал верховный протекторат Персии над Афинами. В силу этого признания персидский сатрап Малой Азии Артаферн, желая, чтобы власть в Афинах была в надежных руках, требует (примерно в 501—500 гг.), чтобы афиняне вернули власть Гиппию. Афиняне на это пойти не могли; по-видимому, в связи с этим Клисфен и его партия лишаются власти. Это означало разрыв с Персией.[150]
Попробуем теперь дать краткую характеристику революции VI в. В начале VI в. еще не может быть речи об афинском государстве: перед нами родовая община, находящаяся уже, правда, в стадии далеко зашедшего разложения. Родовые деления — род, фратрия, фила — являются в то же время политическими делениями: аристократы, руководящие отдельными родовыми группировками, в то же время руководят и всей общественной жизнью. Крестьянин закабален; богатый горожанин, хотя и несет уже повинности в навкрариях, но не пользуется никакими правами. Земля является неотчуждаемой родовой собственностью. Рабов (кроме закабаленных долгами крестьян) еще немного, и это рабство носит еще патриархальный характер.
В результате революции, завершенной Клисфеном, Аттика в политическом отношении делится уже на локальные единицы; родовые объединения лишились всякого политического значения и сохранились только для религиозных целей, хотя «моральное влияние, унаследованные взгляды и образ мышления старой родовой эпохи еще долго жили в традициях, которые отмирали только постепенно».[151] Богатые горожане пользуются теми же привилегиями, что и богатые аристократы; к участию в управлении допущены все свободные граждане; кабала и рабство за долги отменены. Возникает государство с широким применением рабского труда и со сложной системой демократических учреждений. Итак, «...возникло общество, которое в силу всех своих экономических условий жизни должно было расколоться на свободных и рабов, на эксплуататоров-богачей и эксплуатируемых бедняков, — общество, которое не только не могло вновь примирить эти противоположности, но должно было все больше обострять их. Такое общество могло существовать только в непрекращающейся открытой борьбе между этими классами... Родовой строй отжил свой век. Он был взорван разделением труда и его последствием — расколом общества на классы».[152] Наряду с разделением на свободных и рабов, появляется различие между богатыми и бедными, обусловленное новым разделением труда новое разделение общества на классы.
150
У власти становится патриотически настроенная аристократическая партия (быть может, возглавляемая доблестным полководцем Лакратидом из знатного рода Евмолпидов; он был архонтом между 500 и 497 гг.; этот род и впоследствии боролся с Алкмеонидами).