Два конфликта
Чтобы понять причины возникновения и дальнейший ход Архидамовой войны,[233] необходимо учесть, что она явилась развязкой двух, совершенно самостоятельных конфликтов: конфликта между Афинами и Коринфом на экономической почве и конфликта между Афинами и Спартой на политической почве. Как ни важны были политические противоречия между Афинами и Спартой, но они, вероятно, были бы так или иначе улажены, ибо обе стороны прекрасно понимали, какими гибельными последствиями грозит длительная война между обоими ведущими государствами Греции. Только обострение экономических отношений между Афинами и Коринфом сделало войну неизбежной: Спарте пришлось выбирать между разрывом с Коринфом (с которым был экономически связан также и ряд других государств Пелопоннеса, ввозивших хлеб) и войной с Афинами, и она выбрала последнее.
Политические противоречия
В чем же состояли политические противоречия между Афинами и Спартой? Борьба между двумя группировками государств — Афинским морским союзом и Пелопоннесским союзом — в середине V в. превращается в борьбу между двумя общественными группами: аристократией и демократией. Промежуточные течения в момент наивысшего ожесточения в борьбе этих двух групп успеха иметь не могли: в 449 г. погиб Кимон, возвращение которого к власти было последней попыткой консервативных групп, опираясь на его огромный авторитет в народе, снова повести Афины по пути сближения со Спартой; в 445 г. из Спарты были изгнаны царь Плистоанакт и его ближайший советник Клеандрид, возглавлявшие группу, которая опиралась на царскую династию Агиадов и всегда стояла за сближение с умеренной демократией в Афинах. Теперь вся власть перешла к враждебной Афинам группе, возглавлявшейся царской династией Еврипонтидов.
Вся Греция разделилась на два лагеря: аристократический и демократический. В каждом государстве аристократическая партия сочувствовала Спарте; так, афинская аристократия готова была в любой момент предать Афины спартанцам. Наоборот, демократия во всех государствах, включая и государства Пелопоннеса, сочувствовала Афинам и ненавидела Спарту.[234] По свидетельству автора псевдоксенофонтовой «Афинской политии», «лучшие люди», т. е. аристократы, во всех государствах враждебны афинской демократии. По словам этого автора, «если бы афиняне жили на острове, они освободились бы от опасности, что когда-нибудь их государство будет предано олигархами, что будут открыты ворота и ворвутся враги». С этой опасностью, очевидно, афинянам приходилось считаться постоянно.[235]
В этой борьбе спартанцы и их союзники спекулировали на греческой раздробленности, на специфической полисной психологии, на стремлении каждого самого маленького городка к автономии и автаркии, т. е. к полной политической и экономической независимости. Это обстоятельство часто привлекало на сторону Спарты и те элементы в Афинском морском союзе, которым, вообще говоря, было не по пути с аристократией.
Спарта никогда не думала прекращать прямой или косвенной борьбы с Афинами, но при ее традиционной осторожности она готова была открыть прямые военные действия только при особо благоприятных обстоятельствах. Тридцатилетний мир 445 г., заключенный между Афинами и Спартой, не мог урегулировать их взаимоотношения. Афины продолжали в глазах греческих государств воплощать демократию и тенденции к объединению. Спарта — олигархию и стремление полисов к автаркии. Афины старались удержать за собой монополию морской торговли, Спарта, не будучи заинтересована во внешней торговле, стремилась все же противодействовать дальнейшему распространению афинского влияния. С этой целью Спарта поддерживала главного торгового соперника Афин — Коринф, входивший в Пелопоннесский союз и по своему географическому положению господствовавший над торговыми путями, ведшими в Сицилию и южную Италию, — в те области, с которыми, как мы видели, Перикл успел войти в сношения.
О причинах Архидамовой войны еще в древности ходили разноречивые суждения. Политические противники Перикла вскоре после начала войны выступили против него с обвинением, что он затеял эту войну по причинам личного характера, стремясь спасти свое пошатнувшееся положение главы афинского государства. Эта точка зрения нашла отражение в современной Архидамовой войне афинской комедии, а затем была усвоена Эфором. Против этого выступил Фукидид, который впервые в историческом исследовании высказал и развил ту мысль, что существует различие между «скрытыми поводами» и «явными причинами», приведшими к войне («скрытыми поводами» Фукидид называет то, что мы называем «внутренними причинами»).
233
Названной так по имени царя Архидама, руководившего военной деятельностью Спарты в это время.
234
«Повсюду происходили раздоры между партиями демократической и олигархической, причем представители первой призывали афинян, представители второй — лакедемонян» (Фукидид, III, 82).
235
Так, в 414 г. Аристофан говорит, как о чем-то общеизвестном («Птицы», ст. 766):
А в 411 г. олигархи действительно строили специальную пристройку к городской стене в Афинах, чтобы через потайной ход впустить в город спартанцев.