В Британской Северной Америке с ее лесами, изолированностью и огромными расстояниями транспорт играл ключевую роль почти во всем. Каноэ определили радиус деятельности франкоканадцев и их гибкость; благодаря каноэ смогла развить свою деятельность СЗК; к 1840 г. крепкая «Йоркская» лодка стала оплотом КГЗ. Транспорт помогал создавать торговлю, в некоторых отношениях он выполнял ее функции. Томас Колтрин Кифер называл железную дорогу «железным цивилизатором». У него есть интересное высказывание о том, что использование пара «оказало воздействие, сравнимое только с влиянием изобретения книгопечатания на человеческий разум».
Развитие техники и инженерного дела повлекло за собой новшества в различных сферах человеческой деятельности, например в биологии и медицине, но наиболее ощутимый эффект для общества имело создание паровой машины и телеграфа. Эти перемены происходили вначале медленно, затем — в течение второй половины XIX в. — быстрее, и к 1900 г. Канада была уже совсем другой страной. Специалист по социальной истории Эйза Бриггс назвал этот период в истории Великобритании «веком усовершенствований». Но то, что для Великобритании было скромным «усовершенствованием», для Канады стало революцией.
Более того, железные дороги представляли собой экономический фактор долгосрочного значения. Капиталовложения в них были огромными. Но хотя железные дороги поглотили колониальные денежные накопления, иными словами, капитал, этих инвестиций было недостаточно. Британская Северная Америка к тому времени импортировала значительные объемы капиталов из Великобритании. Они приходили в виде акций железнодорожных компаний, т. е. прав собственности; в виде облигаций, т. е. различных форм долговых обязательств железных дорог; сами правительства колоний не могли противостоять требованиям оказать помощь в железнодорожном строительстве. Эта поддержка часто оказывалась в форме предоставления гарантий железнодорожных облигаций, подобно гарантиям, предоставленным на определенных условиях Актом о гарантиях железнодорожных облигаций (Railway Guarantee Act), принятым в Провинции Канада в 1849 г. Каждый муниципалитет хотел, чтобы через его город проходила железная дорога, желательно магистральная линия, поэтому для того, чтобы убедить железнодорожные компании провести линию в нужном направлении, в ход шли муниципальные обязательства. Строительство железной дороги начиналось с того, что необходимо было получить официальное разрешение, и законодательные органы колоний, а позднее провинций выдали множество таких разрешений. Начиная с 1850 г. каждый год под грифом «частные законопроекты» принимались статуты со списками новых компаний, и на бумаге этих компаний было гораздо больше, чем тех, которые действительно делали топографическую съемку для дороги или укладывали рельсы, не говоря уже о тех, которые изготавливали товарные вагоны или локомотивы. Один железнодорожный инженер заметил: «Самая длинная поездка по железной дороге — это путь от [получения] разрешения до подвижного состава».
Первой канадской железной дорогой была линия между озером Шамплен и рекой Св. Лаврентия; она была всего 14 миль длиной и тянулась от Ла-Прери, что напротив Монреаля, до Сен-Жан-сюр-Ришельё. Когда в 1836 г. строительство этой дороги было закончено, она представляла собой полотно из неровных деревянных рельсов, стянутых железными скобами; работала эта дорога только с весны до осени. Но, несмотря на риск — скобы имели дурное свойство ломаться и цепляться за вагоны, — эта линия была рентабельной. Джону Молсону, основавшему в 1786 г. свою пивоварню (Molson’s Brewery)[258], принадлежало 20 % всех капиталовложений в эту дорогу, и фактически почти все инвестиции в нее сделали местные предприниматели. К 1851 г. линия озеро Шамплен — река Св. Лаврентия была уже оснащена железными рельсами, работала круглый год и продлена на юг, к границе с США, где она соединялась с Центральной железной дорогой штата Вермонт («Central Vermont»). К тому времени у нее уже появился серьезный конкурент — дорога, идущая от Монреаля к незамерзающему атлантическому порту Портленд (штат Мэн), — первая международная железнодорожная магистраль в мире. Эта дорога была построена на американские и монреальские деньги и проходила через Шербрук, в ходе ее строительства проявился предпринимательский талант жившего там Александра Тиллоха Голта[259]. Когда в 1853 г. строительство магистрали было завершено, отчасти по настоянию Голта она была включена в более крупный британский железнодорожный проект «Гранд Транк Рейлуэй» («Grand Trunk Railway»).
258
В 2005 г. «Molson’s Brewery» объединился с американской фирмой «Coors». Созданная компания «Molson Coors Brewing Company» заняла седьмое место в мире в пивоваренной отрасли.
259