«Около трех месяцев я находился под властью духов и жил двойственным существованием, испытывая великие муки от их противоречивых и непонятных приказов... Они пытали меня крайне безжалостно, и я пожелал освободиться от них. Я потерял большую часть моего изначального доверия к ним, так как их богохульства и нечистота были поразительными. Те м не менее, они оставались моими постоянными компаньонами. Я не мог избавиться от них. Они предлагали мне совершить самоубийство, настаивали, чтобы я убил кого-либо, втягивали в иные грехи. Я был совершенно сбит с толку, введен в недоумение и не знал, что делать. Никто из людей не мог помочь мне. Духи заставляли меня совершать экстравагантные поступки, внушали мне веру в производимые ими иллюзии, причем объединяли религию и дьяволопоклонство причудливым образом» [561] .
Сам я полагаю, опираясь на свой опыт, что вышеперечисленные симптомы неизменно проявляются у тех, кто испытывает интерес к спиритизму и чьей основной целью в жизни, кажется, становится присутствие на сеансах. Я видел, как проявляются все эти симптомы у людей, которые изначально обращаются к спиритизму главным образом для того, чтобы развлечься, от скуки и чистого любопытства, как скоро они начинают испытывать зависимость, подобную наркотической, и совершенно не могут представить себе свою жизнь вне подобных практик. Около пятнадцати лет назад в одном провинциальном английском городке сформировался круг, состоящий исключительно из друзей, которые решили поэкспериментировать с верчением столов, психометрией, планшеткой, доской для записи посланий от мертвых, магическим кристаллом и тому подобными вещами. Вероятно, они несколько утомились от обычного времяпровождения, танцев, концертов, бриджа, театра, вечеринок и прочих скромных удовольствий, которые для многих составляют большую часть жизни. Им хотелось новых развлечений, чего-то, выходящего за пределы обыденности. Одна из них, дама, вернувшаяся из Лондона, участвовала там, судя по всему, в некоем спиритическом сеансе, и вернулась домой с рассказами о чудесах, которые она лицезрела и о которых ей рассказывали. Ощущение нового и незнаемого придало особый аромат ее рассказу о лондонских приключениях. Первые встречи новоявленных спиритов проводились нерегулярно, можно сказать, при случае, сначала в одном доме, потом в другом. Интервалы между ними были достаточно протяженными. Затем для них был выделен специальный день, проходили эти встречи по вечерам. Никто из членов этого сообщества по своей воле не пропустил ни одной из встреч. Очень скоро они стали встречаться дважды, затем трижды в неделю, и наконец, каждый вечер. К ним стали приезжать медиумы, некоторые из Лондона, некоторые из куда более отдаленных городов, для того чтобы продемонстрировать свои возможности.
Я сам встречался с двумя из этих экспертов, мужчиной и женщиной, имена которых я неоднократно встречал на страницах спиритических журналов, и надо заметить, что в обоих случаях я вынес самое неблагоприятное впечатление. Не то чтобы я заподозрил их в обмане, некоем вульгарном мошенничестве или позерстве. Напротив, они произвели впечатление людей вполне честных, убежденных в полезности и истинности получаемых ими результатов, и это было самое худшее. Итак, от простой увлеченности новой игрой, в которую они играли с немалой долей насмешки, вся компания пришла к настоящей одержимости этими практиками, они превратились в фанатиков, чьи мысли непрестанно крутились вокруг их общения с духами, они не могли больше ни о чем говорить, жили только для того, чтобы проводить вместе спиритические вечера, когда, как им казалось, они оказывались в ином мире. Убеждения, просьбы, доказательства, официальные предупреждения – все было совершенно бесполезно. Можно было лишь стоять и смотреть на то, что происходит с этими людьми. Симптомы были совершенно те же, как в вышеописанном инциденте. В двух случаях личности мужчин подверглись полному разрушению; в другом случае женщина подверглась наваждению, иногда люди, ничего не знавшие о спиритических практиках участников сеансов, сообщали о том, что их знакомые ведут себя неадекватно, дают волю страстям, так что их следует доставить в психиатрическую больницу. Все они впадали в депрессию, совершенно исчезали их ранние увлечения, общение с людьми вне их круга было прервано, старинные дружеские связи разрывались без всяких причин, характер необъяснимо менялся к худшему, психическое здоровье терпело явный ущерб, лица участников сеансов становились белыми и как бы иссушенными, глаза уставшими и тусклыми, за исключением тех случаев, когда обсуждались вопросы, связанные со спиритизмом. Тогда в их глазах вспыхивали желтые неприятные огоньки. Появились слухи, в которых содержались намеки на дебоширства, богохульные речи, деградацию и всевозможные вольности участников сеансов. К счастью, в силу стечения обстоятельств круг спиритов оказался разорванным, некоторые его участники должны были уехать, двое других, что оказалось решающим, осознали смертельную опасность, которой они подвергались, и то, что продолжение сеансов было бы глупостью. Им предстояла нелегкая борьба для того, чтобы освободиться от контроля тех сил, которым они так неразумно поддались, воля их за то время ослабла, здоровье ухудшилось, неоднократно они возвращались на свои старые пути, порою готовы были сдаться. Но благодаря направляющей длани Церкви в конечном итоге души их были очищены.
Существует множество людей, разделяющих эти впечатления о спиритизме, даже если им не приходилось спасать и направлять этих заблудших, пойманных в ловушку спиритизма и тщетно пытающихся найти выход. Они знают, насколько сложна эта задача, известно им, сколь могучими и упорными могут быть силы зла, какие уловки могут они применять. Никто из тех, кто имел дело с бывшими спиритами, несчастными, пытающимися вырваться из тенет ада, не может относиться к спиритизму лояльно.
Спиритизм открывает двери демонической одержимости, часто индифицируемой в качестве лунатизма, что признают все непредубежденные люди. Еще в 1877 году доктор Форбс Уинслоу писал в книге «Спиритическое безумие»: «Около десяти тысяч несчастных пребывает в это время в лечебницах для лунатиков по причине того, что пытались заигрывать со сверхъестественным». И, цитируя американский журнал, он продолжает: «Не было такой недели, когда бы мы не слышали о том, что некий несчастный совершил самоубийство или не попал бы в психиатрическую лечебницу. Медиумы часто проявляют себя людьми в психическом отношении не вполне нормальными, в ряде же случаев вполне очевидно, что они попросту одержимы. Зло быстро распространяется, и уже через несколько лет можно ожидать самых прискорбных результатов... Два французских автора-спиритуалиста, написавших «Le Monde Spirituel» и «Sauvons le genre humain», умерли безумными в лечебнице; эти люди достигли немалых успехов в своей основной профессии; один был известным ученым, другой высокооплачиваемым адвокатом. Они общались с духами посредством столоверчения. Я мог бы рассказать еще о многих случаях, когда люди, обладающие высокими способностями, отвергали все свои достижения и следовали за доктринами спиритуализма лишь для того, чтобы закончить свои дни в лечебнице для душевнобольных».