К концу XII века относится появление главнейших элементов, из которых впоследствии сложился костюм XV века. Доказательством служит, во-первых, Hortus deliciarum аббатисы Герарды фон Ландеберг, которая была очень сведуща по части моды, а во-вторых, «Книга о страстях Христовых», появившаяся в 1180 году в Цвифальтенском монастыре и хранящаяся теперь в Королевской библиотеке в Штутгарте. Между прочим, там сказано, что платья некоторых дам были очень длинны и широкими складками ложились вокруг ног. А что касается мужской одежды, то многие мужчины носили чуть ли не с X века особые костюмы, состоявшие из двух разноцветных половин (mipartitum). В состав такого костюма входила, между прочим, отороченная мехом туника, которая встречается у оруженосца в Hortus deliciarum. Впоследствии такой костюм становится еще пестрее. Правая сторона спины и груди, левая рука, левое бедро и правое колено делаются из красной материи, а остальные части костюма из белой. Судя по миниатюрам, украшающим сборник гейдельбергских песен, костюм некоего Иоганна Гадлоуба, упавшего в обморок при виде своей возлюбленной, был отделан поперечными полосами синего и желтого цвета. Дамы тоже надевали платья, состоящие из разноцветных половин, и появлялись в них даже на турнирах. Так как выбор цвета зависел от герба, то и костюм, состоящий из разноцветных половин, распространялся по мере развития геральдики.
В конце XIII века романтическое рыцарство начало исчезать. На смену ему появилось другое рыцарство, которое проводило время в кровавых распрях, самодурствовало, угнетало слабых и в конце концов заставило крестьян и горожан сплотиться с целью более дружного отпора. Горожанин и всякий штатский человек начинает защищать свои права, он старается, как мы увидим дальше, соперничать с рыцарем не только в привилегиях, но и в костюме.
VII. XIV и XV века. Начало Возрождения в Италии[33]
XIV и XV века можно назвать карнавалом моды, потому что никогда народы Запада не одевались так дико и причудливо, как в период упадка средних веков. Это явление замечательно главным образом тем, что оно резко противоречит тому прогрессивному движению, которое сказалось в это время во всех областях жизни. Архитектура, пластика и живопись достигают расцвета, ученые освобождаются от оков схоластики, везде основываются школы и университеты; появляется целая плеяда великих поэтов; умственный кругозор народов быстро расширяется, благодаря открытиям в области астрономии, географии и техники; торговля и промышленность развиваются с каждым днем, ремесла процветают, — а в области моды царит хаос. Дамы и мужчины украшают свои платья и пояса бубенчиками и бантиками; рукава этих платьев спускаются до полу; на голову надевают род монашеского клобука, конец которого свешивается до самых пят. Квинтэссенцией изящества считается все то, что является верхом нелепости, непрактичности и чудачества. Влияние переходного времени сказывается на каждом шагу: люди не уравновешены, крайне возбуждены и стараются проявить свою индивидуальность во всем, начиная с пестрых тряпок. Постоянные чумные эпидемии вызывают то панический страх, то необузданную радость после освобождения от ужасной гостьи. Немудрено, что при таких условиях люди доходят до всевозможных крайностей и смешивают понятие «ново» и «красиво».