Третья самнитская война
Однако мир был непродолжителен, и после 6-летнего перерыва военные действия возобновились. Как уже было сказано, в «третьей самнитскои войне» центр тяжести лежал не столько на юге, сколько на севере, в Этрурии. Условны также и ее традиционные хронологические рамки (298—290 гг.). Собственно, началом новой серии военных столкновений нужно считать 299 г., когда галльский отряд, усиленный этрусками, появился на римской территории и, опустошив ее, ушел с богатой добычей. Это движение было отражением новых перемещений галлов в северной Италии, вызванных появлением их соплеменников из-за Альп. К этому моменту обострились отношения и с самнитами. Последние, надеясь, быть может, на то, что внимание римлян было отвлечено на север, попытались усилить свое влияние в Лукании. Сенат счел это достаточным поводом для объявления войны (298 г.). Консул Люций Корнелий Сципион Барбат, об элогии которого упоминалось выше, вторгся в юго-западную часть Самния, взял там два незначительных пункта и получил заложников от луканов, тем самым гарантировавших свою верность Риму.[102]
Значительнее были успехи римлян в северном Самнии. Второй консул 298 г.[103] разбил самнитские войска и взял г. Бовиан, центр самнитского племенного союза. Эти успехи были продолжены консулами 297 г. Квинтом Фабием Руллианом и Публием Децием Мусом, сыном известного консула 340 г. Самниты находились накануне полного разгрома, однако час их гибели еще не настал. Более того, соотношение сил внезапно изменилось столь резко, что не над Самнием, а над Римом нависла страшная опасность.
В 295 г. галлы снова двинулись на юг и соединились с этрусками. На помощь к ним прорвались и самнитские отряды. Таким образом, впервые Рим имел перед собой объединенные силы своих главных противников. Оба прославленных полководца, Фабий и Деций направлены против врага. Первое столкновение в центральной Умбрии[104] оказалось неудачным для римлян: их авангард был разбит. Но уже через несколько дней главные силы: римлян наголову разбили союзников в ожесточенной битве при Сентине, в северной Умбрии (295 г.). По сведениям греческих историков, в сражении пало 100 тыс. галлов и их союзников, в том числе выдающийся самнитский полководец Геллий Эгнаций.
Ливий (X, 28) передает рассказ о героической смерти Публия Деция, в точности дублирующий легенду о гибели его отца в битве при Везувии в 340 г. Аналогичный рассказ существует и о смерти третьего Публия Деция Муса, обрекшего себя подземным богам в сражении с царем Пирром при Аускуле (279 г.). Если легенда не является чистой выдумкой, то, по-видимому, какие-то два рассказа копируют оригинал, каковым, вероятнее всего, служит самый последний.
Битва при Сентине, в сущности, решила исход войны, т. е. судьбу Италии. Союз противников Рима распался. Остатки галлов и самнитов отступили в разных направлениях: одни — на север, другие — на юг, а этрусские города, принимавшие участие в антиримском движении,[105] вынуждены были согласиться на 40-летнее перемирие с уплатой большой контрибуции. В Самнии борьба продолжалась еще несколько лет. Римляне систематически вели концентрированное наступление, закрепляя его основанием колоний. Отдельные неудачи не ослабляли явного общего успеха римского оружия. В 293 г. самниты потерпели крупнейшее поражение,[106] после которого они уже не могли оправиться. Три года спустя Маний Курий Дентат, консул 290 г., один из крупнейших демократических деятелей Рима, довершил разгром мужественного народа, так долго боровшегося за свою свободу. Самнитам на правах римских союзников была оставлена только небольшая территория с центром в г. Бовиане.
Окончание самнитской войны развязало руки римлянам для новых действий на севере. Им необходимо было максимально обеспечить там свои границы против возможных нападений галлов. В 290 г. Курий Дентат прошел всю страну сабинов и покорил ее. Поводом к войне послужило сочувственное настроение сабинов по отношению к самнитам или, быть может, даже активная помощь с их стороны. Уцелевшая часть племени получила права граждан без права голосования. Аналогичная судьба постигла в этом же году и пиценов. В южной части их области, недалеко от морского побережья, была основана латинская колония Адрия, первый укрепленный пункт на Адриатическом море.
102
В элогии Сципиону приписывается покорение всей Лукании, что абсолютно невозможно в ту эпоху.