Итак, во-первых, латиняне в Генуе, восстав против Туза (ТойСоѵ)[494], которого за два года до того возвели от сохи в достоинство дукса[495], свергли его, будучи тайно восстановлены против него группировавшимися вокруг Спинолы[496] и Серто-рия[497] знатными лицами, которые, когда Туз воспринял власть, были безжалостно изгнаны из города, поскольку простолюдины решили, что их правительство вошло в большую силу и стало тиранически распоряжаться общественными делами. Получив дозволение снова обитать в Генуе при условии более скромного поведения, они не долго придерживались скромности, но захотели как можно скорее вернуться к прежней гордости и этой своей тиранической надменности. Поэтому народ снова восстал против них, и на сей раз они еще более безжалостно были изгнаны из города. И был избран другой дукс, подобный прежнему, тоже происходивший из низов, так что его всегда сопровождало воспоминание о [позорном] пятне его происхождения и уготованной ему от рождения судьбе, отчего его мысли носили более умеренный и мягкий характер.
Но и в Египте после смерти тамошнего правителя[498] его сыновья, разодрав царство на много частей, в течение длительного времени воевали друг против друга, так что государство египтян от этого постепенно разрушалось и все больше ослабевало.
Да и живущие в окрестностях западного Атласа[499] ливийцы, и большая часть мавританцев, подражая знаменитому в древности Ганнибалу Карфагенскому, переправились со множеством войска через Гадирский пролив[500], напали на живущие в Европе племена испанцев и с тех пор, прилагая сражение к сражению, устремляются ко все большим и большим завоеваниям.
Подобным образом и британцы, вторгшись с военно-морскими силами на материк кельтов, развязали большие войны[501].
Еще и то скифское племя, что издавна овладело землей ассирийцев, мидян, персов и живущих дальше народов и удерживало над ними всю власть, теперь разделилось на разные царства, часто воюющие друг против друга, и это их разделение обещает большой дым и огонь убийственной войны.
А недавно и различные племена латинян, сформировав альянс, выступили против персидских кораблей, которые, пиратствуя и разбойничая, грабили их грузовые суда и триеры, ходившие по всему морю с севера на юг и обратно для торговли различными товарами. Число этих кораблей [латинян] достигало двадцати семи, и были они с Кипра, Родоса, Саламины и Венеции, а также пришедшие к ним на помощь [корабли] от Папы и из Генуи. Они все вместе неожиданно подошли к Смирне и сходу взяли гавань и находившуюся рядом с гаванью персидскую крепость. И было у них намерение, совершая оттуда как из надежной базы частые вылазки на материк, постепенно изгнать с побережья всех варваров. Но дела пошли отнюдь не так, как предполагалось.
Книга четырнадцатая
1. Но об этом впоследствии, в соответствующих местах [истории], будет сказано подробнее. А сейчас нам нужно вернуться туда, откуда мы перешли ко всему этому, и где остановили наше повествование, то есть к совместному прохождению Кантакузином и Умуром, этим персидским сатрапом, теснин около Христополя. Пройдя их, Кантакузин решил устроить городам испытание [осадой] и те из них, которые добровольно капитулируют и предадут себя под его руку, удостоить приличествующих наград, а противным воздать противное.
Итак, спустя день он, подняв войска, двинул их на город, называемый Перифорион[502]. Окружив его, он, поскольку горожане решили воевать, устроил осаду. Поскольку, промучившись немало дней, осаждавшие не достигли результата, Кантакузин, уйдя оттуда ни с чем, уже не хотел больше нападать ни на один город, но, сочтя плохим предзнаменованием неудачу, которую с самого же начала потерпел у этого города, со всей поспешностью устремился в Дидимотихон.
Там они отлично устроились и после длительных и тяжелых трудов получили наконец отдохновение и комфорт, отплатив страже Дидимотихона, солдатам и командирам надлежащим дружелюбием и приветливостью. А прежде всего [Кантакузин] высказал самую сердечную благодарность императрице Ирине — и за перенесенные ею в буре этих великих событий многоразличные и долговременные невзгоды, и за проявленные доблестные усилия, заключавшиеся в советах, всевозможных подарках и ласковых речах, которыми она подбадривала командиров и солдат и укрепляла их мужество, то заискивая перед ними, а то обличая. То она противопоставляла внезапным и разнообразным переменам обстоятельств остроту своего ума, то искусно противодействовала тайно и часто поступавшим из Византия посулам разным военачальникам и воинам и прочим коварным козням и блестяще поднимала их готовое упасть настроение.
494
Не совсем понятно, кто такой этот ToûÇoç. Буавен (а вслед за ним и ван Дитен) считает, что это не имя собственное, а искаженное на греческий манер итальянское «doge», и что здесь имеется в виду Симон Бок-канегра (см. т. 1, с. 419, а также прим. 754), первый дож Генуи (см.: PG, vol. 148, col. 915, n. 24). Однако дальше в этой же фразе Григора правильно передает его титул — дукс, от которого, собственно, и произошло итальянское «дож».
496
Спинола (Spinola) — одно из величайших семейств Генуэзской республики, выводившее свое происхождение от вице-графа Идо, правившего Генуей в X в. В 1270 г. Оберто Спинола и Оберто Дориа (см. след, прим.) захватили верховную власть в Генуе и на протяжении пятнадцати лет совместно правили городом как диктаторы. Затем во главе Генуи сменяли друг друга их потомки, пока в 1339 г. народные волнения не привели к введению выборной должности дожа, которую первым занял Бокканегра. Спинола, впрочем, не смирились с потерей власти и предприняли несколько попыток государственного переворота. Неясно, имеет ли здесь в виду Григора какого-либо конкретного представителя этой фамилии или же клан в целом. Дюканж в своем примечании пишет: «ls est Galeotus Spinola» (PG, vol. 148, col. 915, n. 27), но нам не удалось отыскать персонажа с таким именем.
497
Буаве считает, что здесь опять искажение на греческий манер итальянского [Mes]ser Doria (PG, vol. 148, col. 915, n. 28), a мы отметим, что, возможно, это контаминация с римским именем Sertorius. Семейство Дориа (итал. Doria) также принадлежало к числу влиятельнейших аристократических родов Генуи, игравших важнейшую роль в политической жизни Генуэзской республики с XII по XVI в., наряду с такими фамилиями, как Фиески, Спинола и Гримальди. После 1339 г.
представители семьи Дориа не занимали государственных постов, но продолжали играть значительную роль как флотоводцы в морских сражениях.
498
Очевидно, имеется в виду Аз-Захир Байбарс аль-Бундукдари (араб. jlaâajJl (_ці_уш jAÜàll; 1223 или 1225–1277) — мамлюкский султан Египта и Сирии (1260–1277) из династии бахритов, известный как Бейбарс I.
499
Атлас или Атласские горы (араб. (jJJaVl JUä.; название происходит от' греч. AxAaç — имени греческого атланта Атласа) — большая горная система на северо-западе Африки, тянущаяся от атлантического побережья Марокко через Алжир до берегов Туниса.
501
Имеется в виду Столетняя война (фр. Guerre de Cent Ans, англ. Hundred Years' War) — серия военных конфликтов между Англией и Францией, длившихся примерно с 1337 по 1453 г., а точнее — первый ее этап, так называемая Эдвардианская война (1337–1360).
502
Периф[е]орион (греч. ПеріѲорюѵ или ПеріѲесорюѵ) — город во Фракии, руины которого находятся на территории муниципалитета Иасмос (;греч. Iaapoç), на северо-востоке Греции неподалеку от города Ксанфи (греч. ЕссѵѲг)). В древности назывался Анастасиополь. Впоследствии пришел в упадок, но в 1341 г. был заново отстроен императором Андроником III и переименован в Периф[е]орион. Во времена турецкого владычества назывался Буру Кале.