Поступая так, она не отказывалась и от того, чтобы грабить знать и тех, кто казался богаче других. Поэтому и тех, кто прибегал в великое и знаменитое святилище Премудрости Божией, издавна получившее привилегии [предоставления] убежища, — увы! — безжалостно вырывали оттуда и всеми силами бросали в тюрьмы и всяческие, так сказать, темницы забвения; так что несчастные теперь вынужденно — ибо нужда, как говорится, изобретательна — бежали в Галатскую крепость, поскольку обстоятельства сами собой сделали ее неприступной крепостью, неким священным якорем спасения и неприкосновенным прибежищем. Ведь и у эллинов и варваров, у всей земли и моря, у всех моіутцественных государств испокон века были такие примеры сострадания и милосердия. А у нас, христиан — и особенно сейчас, когда мы так нуждаемся в аналогичной поддержке со стороны Бога, — они отвергнуты и отняты!
Мало того, еще как будто порвались какие-то скрепы — и вот, церковные догматы оказались ниспровергнуты, а божественные каноны отцов нарушены и попраны. Поэтому и сама красота храма обезображена и брошена на землю, ибо таким образом Бог и посредством видимых знаков явственно показывает чрезвычайность беззаконий и неким образом предупреждает и угрожает будущим возмездием. И мне кажется, что в этом причина того, что данная беда обошлась без землетрясения и иных природных катастроф.
2. Был уже вечер, небо было ясным, где-то около середины ночи, когда ночная тишина топчет в точиле виноградные гроздья и наполняет очи всех глубоким сном, а петухи готовятся хлопать крыльями и расчехлять свои природные сладкозвучные трубы для ночных песен, и в это время упала одна из четырех возвышающихся в небо апсид [Великой церкви], смотрящая на восход солнца, увлекши за собою и разрушив также и поддерживаемый ею полусферический свод, лежавший на ней. Погибла вся скрытая под ней красота алтаря, погибло благолепие знаменитых святых образов, и все изящество мгновенно угасло, подобно цветку на поле или розе на луіу, когда какая-нибудь нежданная саранча или іусеница внезапно нападает на них. А покрывавшая и украшавшая те священные колонны каменная резьба, побеждавшая соперничающее [с нею] искусство Фидия, полностью осыпалась и разбилась на мелкие камешки.
Всенародные празднества и концерты, а также обычные для этого места словесные поединки и состязания в богословии, длящиеся, бывало, всю ночь или целый день, от ужаса обратились в безгласие. И теперь эта всемирная сцена, рассказывать о которой было приятно для всякого языка, а слышать — сладко для всякого уха, стала невиданным зрелищем и как бы неким одушевленным [надгробным] памятником, возносящим к небу трагическую песнь и у всей земли вызывающим слезы, как бы обратившим кверху уста [своей открытой] крышей и громко жалующимся солнцу и звездам на несправедливость, и она едва не призывает небеса во свидетели, взывая ко Господу словами пророков: Сыновья матери моей боролись против меня (ерахестаѵто ре)[565], избили меня, изранили меня[566][567], и гордыня ненавидящих меня непрестанно поднимается200.
Когда это случилось, и на рассвете прошел слух и распространился по всему городу, поднялся плач и вопль больший, чем тот, что был некогда в древности, когда Навуходоносор Ассириец полностью опустошил Иерусалим, а заодно порушил и лишил славы храм Соломона[568]. Опустели все дома, рынки и театры, и все сообща побежали смотреть на трагическое происшествие; и не было ни одного человека, для которого было бы важнее что-либо другое, что могло бы отвлечь его от этого.
Итак, все стояли вокруг и оплакивали [случившееся несчастье], как и следовало, а затем, поникнув головой, стали выносить обломки; и не было ни одного, кто бы не принимал в этом участия: богатый тут не различался от бедных, знатный — от незнатных, раб — от господина, а дворянин — от ремесленников. Но произволение всех слилось во единый порыв ревности. А усердие женщин к работе значительно превосходило усердие мужчин. Поскольку их пол более подвержен слезам, то они окропляли эти кирпичи и камни большим количеством слез, а затем брали их на плечи, вовсе не заботясь о своих великолепных платьях, рвавшихся и наполнявшихся пылью от смешанного из многих элементов материала и от постоянных и беспорядочных столкновений друг с другом. Кто-нибудь мог бы сказать, что и сам переносимый материал испускает источники слез: такими потоками лились тогда там слезы всех женщин — что знатных, что простых, — и с такими сильными рыданиями смешивалось их рвение и усердие [столь великое], что никакая передышка не могла прервать их непрерывное движение на протяжении примерно целых тридцати суток.
565
Песн. 1:6. В тексте Писания: £|іах£<таѵто £ѵ èpoî — «сваряхуся о мнѣ» в церковнославянском переводе, или «разгневались на меня» — в русском синодальном.