Все это — слова [не просто] не стремящегося богослов-ствовать, но и весьма избегающего этого и наставляющего нас не только словами и не только делами, но и благоразумными (eùAoyoïç)[851] деяниями, и деятельными словами.
Но, имея много чего привести из творений этого великого отца и учителя церкви в подтверждение сказанного мною — что, впрочем, мною там и было оглашено, — а именно о том, чтобы не богословствовать и не любопытствовать ни о заповедавших это, ни о том, чего ради они это заповедали, — я полагаю, что достаточно и этого для доказательства моей правоты и для опровержения противников. Ибо я сейчас не с неразумными говорю, чтобы была у меня нужда в большем количестве слов. Впрочем, кому недостаточно достаточного — тому ничего не достаточно; а кому достаточно и малого — тому всего будет достаточно. Итак, нам нужно перейти к другим [отцам], чтобы, собрав от каждого понемноіу, легко заградить уста тем, с которыми и от битвы не уклониться, и сойтись непросто.
Итак, говорит и мудрый в божественном Василий: «Достаточно тебе говорить, как научен ты; и не говори мне этих премудростей, что [Дух] есть нерожденное или рождененное; и если нерожденное, то это Отец; а если рожденное — то Сын; а если ни то, ни другое — то тварь. Ибо я знаю [Духа, Который] с Отцом, однако же не Отец; и я принял [Его] с Сыном, однако же [Он] не именуется Сыном»[852][853].
И еще: «Следовало бы, поскольку Сын рожден, называть Его порождением, а не Сыном, но [этого] не сказано. Поэтому, кто имеет перед очами суд Христов, и знает, как опасно отнять что-либо от слов, преданных Духом, или прибавить к ним что-нибудь[854], тому следует не честолюбиво вводить новое от себя, но довольствоваться тем, что прежде возвещено святыми»[855][856].
И еще: «Веру же мы приемлем не иными новейшими [учителями] для нас написанную, и сами не дерзаем преподавать порождения своего ума, чтобы глаголов благочестия не сделать человеческими; но чему научены от святых отцов, то и возвещаем вопрошающим»50*.
И еще: «Таинство богословия требует покорности [происходящей] от не испытующей веры; ибо веровать подобает, — говорит [апостол], — что есть[857] Бог, и не исследовать и не спорить [о том], что [же такое] Он есть»[858].
Видишь, какой позор и этот великий учитель наводит на таковых и как сознается, что и сам он не дерзает ни любопытствовать о Боге, ни какое-либо иное новое [учение] принимать, и им не дозволяет привносить, но и сам обещает по-простому пребывать в учениях о вере и богословии, переданных бывшими прежде него учителями церкви, и нам велит [делать то же]? И кто же будет столь безумен, что, видя, как такой образец и пример для [всей] церкви пребывает в таком смирении, вменит его ни во что и захочет прибегнуть к низменным обычаям и к людям, не знающим ничего, кроме поваренного искусства и пьяной спеси, и имеющим все свои помышления вращающимися вокруг [стяжания] серебра, и сделать беззаконие нормой законности?
Но, оставляя большую часть сказанного им, перехожу к другому великому глашатаю церкви. Итак, говорит и божественный в сердечном смирении Златоуст: «Написанное приемлю, не написанное не исследую. Переданное [отцами] лобызаю, о не переданном — не любопытствую»[859].
И еще: «Некий мудрец говорит: Чрез меру трудного для тебя не ищи и, что свыше сил твоих, того не испытывай. Что заповедано тебе, о том размышляй[860]»[861].
И еще: «Если подойдет к тебе манихей, утверждающий, что материя предсуществовала, или Маркион, или Валентин, или кто из учеников эллинов, говори им: в начале сотворил
Бог небо и землю[862]. Но он не верит Писанию? Тогда отвратись от него, как от беснующегося и сумасшедшего»[863].
И еще: «Не перестанешь ли ты, человек, искать излишнего? Ибо поистине излишне любопытствовать о таковых предметах. Нет ничего мудрее такого невежества, когда заявляющие о том, что они ничего не знают, оказываются самыми мудрыми из всех».[864]
854
Idem, Epistulae, Ep. 140, 2.1 (TLG 2040 004) (в рус пер: Письмо 135 (140). К Антиохийской Церкви). См. издание писем: Saint Basile, Lettres, 3 vols., éd. Y. Courtonne (Paris, 1:1957; 2:1961; 3:1966), vol. 1, p. 3–219; vol. 2, p. 1–218; vol. 3, p. 1–229.
859
Joannes Chrysostomus, Ad eos qui scandalizati sunt, 3,10.4, греч. текст в: Jean Chrysostome, Sur la providence de Dieu, éd. A. M. Malingrey (Paris, 1961) (Sources chrétiennes, 79), p. 52–276 (TLG 2062 087).
862
Idem, In epistulam ad Ephesios (homiliae 1-24), 19, в: PG, vol. 62, col. 133A. Златоуст здесь, несомненно, употребляет аллюзию на знаменитое изречение, приписываемое Сократу: «Одно то я знаю, что ничего не знаю» (êv olôa ôxi où&èv ol&a).