Но не хватит никакого времени собрать все изречения и этого великого светильника церкви, в которых он запрещает богословствовать и похваляет одну лишь простоту догматов и веры.
Однако посмотри еще и на великого подвижника и учителя церкви Афанасия, который говорит, что не терпит тех, кто берется вводить новшества, противные вере, хотя бы те и говорили словами Писания. «Ибо [они говорят] не [в согласии с] правою мыслию, но, облекаясь словами [Писания], как бы одеждой овчей[865], внутри себя мудрствуют по-ариански, подобно предводителю [всех] ересей, диаволу. Ибо и он говорил словами из Писаний, но был принужден Спасителем умолкнуть»[866]. Слышишь, как и он учит тому же, что было сказано выше?
Но не пройдем ни мимо аскетичнейшего Исаака[867], говорящего прекратить богословствовать не только с чужими по вере, но и со своими единоверцами[868], ни мимо славного Иоанна[869][870], создателя подвижнической «Лествицы». «Мы будем обвинены, — говорит он, — при исходе души не за то, что не богословствовали, но за то, что не плакали беспрестанно»[871].
И что за нужда целыми возами приводить вам книги святых, когда вы можете узнать льва по когтям? Поэтому перехожу к другому.
Ибо [разве] не сказали учители этого, не укрепили подобающими замками и засовами, не обезопасили, не оградили сверх того еще и, так сказать, башнями и полубашнями (nuçyouç каігіцітшруих), и не связали неразрешимыми клятвами и анафемами?[872] Ибо, предав благовествующих иное страшной анафеме[873], божественный апостол, сопоставляя для надежности свидетельства старое с новым, говорит еще и следующее: Ибо написано: проклят всяк, кто не исполняет постоянно всего, что написано в книге Закона[874].
Я не буду приводить здесь подробно акты божественных Вселенских соборов, которыми они предают анафеме всех, кто так настроен, но вкратце резюмирую и скажу: «Все, что вопреки церковному преданию и примерам святых отцов новоизмышлено, сделано или будет сделано впредь, анафема да будет»[875]».
2. На этом император пресек ход моей речи, желая говорить сам и имея при этом двойственное или даже тройственное намерение. С одной стороны, он хотел исполнить обещанное Паламе и, в то время как тот спокойно сидел вместе с другими, выступать на арене борьбы от его лица, говоря и действуя вместо него. С другой стороны, он хотел явить собранию некий яркий образец честолюбия, созидая себе как бы вечную и исполненную всяческих похвал память. А когда он видел, что полемика пошла не так, как он рассчитывал — ибо на поверку оказалось, что он неспособен отвечать на приведенные цитаты из божественных отцов, а плодов собственных рассуждений у него тоже не было, чтобы, при всей уверенности в господстве своего разума, не позволить внезапно обрушивающимся извне нападениям страстей легко опрокинуть ратушу (ßouAeuxi^Qiov) своих помыслов, — то отступал и тотчас же смирялся. Итак, развернув вкратце многие логические хитросплетения и позволив оттенкам многих эмоций вспыхивать на своем лице, он сказал очень мало такого, что казалось бы достаточным для подведения итога предварительных выступлений, и затем предоставил Паламе отвечать на выдвинутые мной аргументы.
Для него же и самого это оказалось полной неожиданностью, ибо у него и в мыслях не было, что ему потребуется говорить в ответ хоть что-нибудь, поскольку он думал, что и без слов быстро со всем справится силой царской десницы, так что на завтрашний день у него не останется и крупицы заботы на наш счет. Поэтому он оказался в полной растерянности, стыдясь излагать дело заплетающимся языком и быть уличенным в том, что не имеет подходящих к случаю мыслей.
Ибо, будучи малообразованным, он, когда беседовал частным образом со случайными людьми, оказывался иногда хвалим некоторыми, но это были те, кто либо по невежеству своему не мог ему возражать, либо из дружеских чувств стеснялся обличать, либо, по большей части, страшился, как бы не стать жертвой его наветов императору, поскольку спорить или явно ругаться с Паламой — то же самое, что с императором. А в открытых дискуссиях и прениях, где на всякое возражение находится лицо, выдвигающее контрвозражение, это человек достаточно нерешительный и откровенно боязливый, по невежественности постоянно спутывающий и нарушающий связность того, что он говорит или пишет, отчего создается впечатление, будто он из смыслов слов сшивает какие-то незавершенные и недоработанные части фраз и периоды. Поэтому слова его кажутся загадочными, двусмысленными и противоречивыми, чем-то вроде того, что внешними философами названо порождениями быков, имеющими человеческие лица (ßouyevrj àv&Q07iQO)Qa)[876]. Он не только делает ход мысли неясным и непонятным для слушателя тем, что разрывает взаимную связанность слов, но по большей части еще и ловится на том, что делает это умышленно, используя выражения омонимичные и скрывающие неоднозначный смысл, дабы, будучи обманщиком, спутать сети истины, переводя [на протяжении разговора] смысл то туда, то сюда.
865
Исаак Сирин (Сириянин, греч. Іоаак о Eûqoç; сирийск. «'culm,iso л» m. rtf’; ум. ок. 700 г.) — епископ Ниневийский, затем отшельник, духовный писатель, автор аскетических наставлений, известных византийцам в переводах с сирийского. Почитается в православной церкви в лике преподобных, память 28 января по юлианскому календарю.
866
Греческий текст найти не удалось. См. русский перевод: Исаак Сирин, Слово 9. О чине и уставе новоначальных, и о том, что прилично им: «Как мечущегося на всех льва избегай рассуждений о догматах: не сходись для этого ни с питомцами Церкви, ни с чужими». (Иже во святых отца нашего аввы Исаака Сириянина Слова подвижническая (М., 1993), с. 48).
867
Иоанн Лествичник (т. е. автор Лествицы; греч. ’Icoàvvr|ç xfjç КАІракос; 525–595 (605) или 579–649) — христианский богослов, философ, игумен Синайского монастыря. Почитается в православной церкви в лике преподобных, память в 4-ю неделю Великого поста и 30 марта по юлианскому календарю.
869
В греческом тексте нет вопросительного знака, и предложение читается утвердительно, — «не сказали, не укрепили, и т. д.», — но это не соответствует общему смыслу речи.
872
Синодик в Неделю Православия См.: Ф. УСПЕНСКИЙ, Синодик в Неделю Православия. Сводный текст с приложениями (Одесса, 1893), с. 10.
874
Буавен (см.: PG, vol. 148, col. 1236, n. 91) отмечает, что выше Гри-гора похвально отзывается об образованности императора Кантаку-зина. Ван Ділген же (Dieten, Bd. 4, S. 286, Anm. 332), отмечая вслед за ним это противоречие, полагает, что в этом месте вместо aùxôv следует читать éauxôv («себя самого»), но, на наш взгляд такая конъектура нарушает логику данного предложения. Поэтому мы склоняемся скорее допустить противоречие с прежними словами, нежели внутри одной фразы.
875
Пиерия (греч. üiEQia) — область в юго-западной Македонии, родина Орфея, излюбленное местопребывание Муз.
876
Обычно в этом ряду ßouÄr| переводится как «совет», но поскольку в следующем предложении употребляется прилагательное àpoûÀiyroç, которое в значении, соответствующем «совету», может быть переведено только как «необдуманный», «опрометчивый» (см. Lampe), то мы предпочли значение «воля».