Ты можешь в точности узнать это, если исследуешь [историю] древних евреев, которые, когда переносили почитание Бога на чуждых богов, то сразу же случалось им становиться рабами окрестных народов, коих они были господами, когда чтили Бога; а когда снова во главе их становился благочестивый вождь, то и они снова становились сильнее своих противников. И чтобы нам оставить в стороне древних, посмотри-ка на великого среди императоров Константина, который, когда перенес почитание лжеименных [богов] на истинного Бога, стал господствовать над большей территорией, чем все императоры до него. А когда бывшие после него властители и подвластные стали вводить ереси против божественных догматов и ложно клясться Богом, Которого они на словах почитали, то сразу же и царство это стало постепенно и понемногу терять в размере от [нападений] врагов.
38. Но мне не хватит никакого времени, если я захочу вспоминать старые и новые примеры для [подтверждения] истинности сказанного. Этого отнюдь не допускает незатейливость моей истории. Поэтому я добавлю к сказанному лишь следующее и на этом закончу. Ты хотел знать, почему непосредственно виновные в преступлениях властители зачастую вовсе не страдают, а лишь подданные расплачиваются разнообразными страданиями, хотя им мало что можно вменить — а то и вовсе ничего, — кроме того, что они знали о беззаконии и от страха соучаствовали в нем. Итак, представляется, что большинство старых книг дает немало примеров, чтобы заметить — а заодно и наш собственный долгий опыт так или иначе убеждает нас, — что тем из властителей, на которых не лежит непосредственно вся целиком вина за допущение зла и которые заботливо приклоняются к несчастиям подданных, случается призывать Господа в смирении сердца, и милующий [Господь] дает им пострадать здесь соответственно их вине, чтобы в будущем [веке] они понесли более легкое наказание. А если [властитель] лично виноват во всем вообще зле, из-за которого подданные впадают в совершенную пагубу, а сам при этом остается бесчувственным и нисколько не приклоняется к этим несчастиям, даже наружного вида сострадания не показывает и к тому же безрассудно питает в душе великую гордость, думая, что если сам он не страдает, то это ему оправдание [и доказательство], что он якобы не согрешает, то для такого [Бог], конечно, приберегает все кары [чтобы употребить их] там.
39. Потому что здешнего наказания недостаточно за столь великие и в высшей степени беззаконные впадения в нечестие, возмездие за которое он навлекает сам на себя, а заодно и на множество подданных, погибших из-за него. Ибо, заняв место пастыря, он не только не проявил подобающей пастырю заботы о стаде, но и нанес ему разнообразный вред, оказавшись волком вместо защитника и пастыря[1404]. Итак, нам, людям, не дано [оценивать] сокрытые в сердце кого бы то ни было другого порок или добродетель, за исключением неких неясных предположений, которые можно извлечь из внешних признаков и оттенков его поведения и речи.
Так что и отсюда ты в равной степени сможешь понять [значение сказанного], если я краткости ради оставлю в стороне большую часть таковых [преступлений этого] властителя и подробно рассмотрю [лишь] некоторые. Ибо для наиболее разумных людей и из внешних признаков будет понятным расположение души этого человека, а также то, что в сердце его прячутся ложные понятия о Боге и что мыслящая часть его души полна [еретических] скверн, совсем не соответствующих догматам православия. А в этом, пожалуй, и состоит причина того, что ни одно из его дел не спорится, поскольку Бог ни в коем случае не терпит того, чтобы не выставлять на всеобщее обозрение сокрытую в закромах сердца злобу посредством видимых фактов. И вот как.
40. Николай Пизанский[1405], наварх тех четырнадцати венецианских кораблей, которые, как мы говорили, в прошлом году приплыли под стены Галатской крепости, после того как заполучил императора в союзники и единомышленники венецианцам против генуэзцев, обменявшись с ним страшными клятвами, а затем видя, что, в то время как сам он целиком отдался необходимым действиям, император был в отношении этой борьбы настроен нерешительно и все усердие направлял на другие предметы — то есть на тот разбойничий собор, [созванный] против нас, — сильнее напирал на него, побуждая к действиям.
1404
Николо Пизани (ит. Niccolö Pisani, 1324–1380) адмирал венецианского флота, известный своими морскими победами в войнах против Генуи (1350–1355).