10. Ибо где он приводит хоть последовательное, хоть противопололожное опровержение на предложенное [речение святого], что составляемое из многих и различных [частей], является сложным; где, говорю я, [хотя бы] бездоказательное доказательство или нестройное построение, или нелогичный силлогизм, или, тем более, неопосредствованный и фрагментарный вывод? Он говорит [лишь], что «поскольку сущность Божия одна и абсолютно неделима, то различия эти относятся к нескольким видам и сущностям». Но не требует ли это Демокрита, сильно смеющегося над невежеством этого человека, или лучше Гераклита, оплакивающего его безумие?[1935] Ибо то, что он говорит, исполнено такой нелогичности, что ни говорящему не понять того, что он говорит, ни слушающему — того, что он слышит.
Ибо, оставляя в стороне прочее, что общего между этими ложными и отличными [друг от друга] выводами из его посылок и предложенными речениями святого? Ведь именно их исследуя, он такое выводит, нечестиво переделывая их и приспосабливая[1936] [1937] к бездне своего невежества.
11. Увы [его] новой науке и утонченности ума! Впрочем, если бы он даже захотел прямо возражать — чем явил бы, возможно, больше спорливости, но и больше учености, хоть [он мыслит] и неправильно, — он бы и сам сказал то, что и некоторые из его скверной клики предлагали в качестве антитезиса, противопоставляя слова святого [другим] его же словам — ибо тем, кто исследует их неразумно, они могут показаться взаимно противоречащими друг другу: я имею в виду сказанное святым о двух природах Христа. Что же это за слова?
Начав с начала и наполнив свою речь научными и богопри-личными доказательствами, этот божественный Иоанн Дама-скин затем говорит: Мы признаем, что и после того, как две природы поистине соединились друг с другом в одну сложную ипостась Сына Божьего, они сохранили свое сущностное различие. [12] Ибо тварное осталось тварным, а нетварное — нетварным; смертное продолжило быть смертным, а бессмертное — бессмертным; опи-суемое — описуемым, неописуемое — неописуемым; видимое — видимым, а невидимое — невидимым[1938]. И спустя немного: Ибо мы знаем, что в Нем сохраняется как одна ипостась, так и сущностное различие природ[1939].
А как может сохраняться различие, если не будут сохраняться имеющие между собой это различие? Видишь, что божественный Иоанн из Дамаска и там никоим образом не запрещает то, что здесь сводит воедино? Ибо иначе он бы сам себе противоречил. Но он порицает тех, кто говорит, будто бы из таковых различий складывается божественная сущность, и побуждает не говорить применительно к Боіу о сущностных различиях, о которых говорится, что они составляют сущность, как у нас, но которые отличают[ся] от тварных сущностей[1940]; ибо божественная сущность абсолютно едина и проста, и вовсе не допускает никаких различий.
13. Ибо различие, естественным своим следствием имеющее инаковость, тотчас же вводит вместе с собой и множественное число; а где число и множество, там нет места для единичной простоты.
Как и божественный Максим говорит, что Божество[1941] [1942] неделимо, поскольку и бесколичественно696. И еще он говорит, что всякое различие по логосу, определяющему качество бытия[1943], будучи указанием на несходство[1944] и инаковость, естественным образом привносит с собой и количество или сущностей, или качеств, или свойств; ибо не вполне тождественные друг другу [вещи] отнюдь не допускают [наличия у них] одного и того же логоса бытия, а полностью друг другу тождественные не допускают никакого различия[1945].
1941
[Pseudo-]Maximus Confessor, Scholia in Dionysii Areopagitae, De coe-lesti hierarchia, в: PG, vol. 4, col. 232C.