Когда тело [мученика] было уже истерзано бичами и окрасило землю кровью, он, как бы не чувствуя никакой боли, стоял обнаженным посреди судилища, красуясь своими ранами словно каким-то нарядом и делаясь, по слову Павла, зрелищем для ангелов и человеков790.[2031] [2032] [2033]
Кто же исчислит, — говорит он, — темницы, кораблекрушения, голод, солнечную жару, ночной холод, нападения, восстания, ежедневные смерти, наносимые поверх ран новые раны, удары палками, пощечины и клеймения?792
18. Наконец, — говорит он, — угнетаемый старостью и болезнями, и к тому же злостраданиями вследствие тюремного заключения, [Феодор] в этой же тюрьме предает Богу свою душу, соблюдя жизнь безупречной в отношении деяний, а слово — безошибочным в отношении благочестия, и оставив незабвенную память своего мученичества793.
Рассказывают же, — говорит он, — что в тот час один из старцев, движимый великой ревностью о благочестии, пренебрегая императорской угрозой и не щадя собственной жизни, с верою припал к мощам блаженного, чтобы приобщиться [исходящей] от них благодати; и один из певцов, также оказавшийся [там] во время его кончины, заверял впоследствии, что он слышал тогда [доносившийся] сверху весьма сладкий и чудесный звук поющих голосов, который можно было принять то ли за пение ангелов, то ли за иное какое, возникшее мановением
Божиим. Это могло бы бытъ ясно [только] Богу и тем, кто до-стоен отчетливо видеть таковые [знамения][2034].
И он говорит, что священное тело святого лежит, возвеличиваемое постоянно бесчисленными чудесами, и подает всем приближающимся к нему крепость души, крепость тела и, говоря вкратце, избавление от разнообразных страданий во славу Бога и Спасителя Христа[2035].
19. Итак, вот то, что божественный Метафраст сообщает о мудрости, подвигах[2036] и чудесах Феодора, давая, так сказать, в общем виде и туманно указание тем, кто не понимает, как исполнять священные обязанности.
А Феофан[2037] — тоже великий светоч церкви — своими искуснейшими гимнами на каждый день всего года блистательно и пространно воспевший почти всех бывших прежде него святых, которые, посвятив себя Богу, ушли [из жизни] подвижническим и мученическим путем; который, как выше сказано, тому божественному Феодору, мученику и мудрому учителю церкви Божией, был братом по всему — по душе, по телу, по образу мысли и подвижничеству, — находясь с ним и с ним страдая; который один остался в живых, когда Феодор вследствие тех величайших мучений тоже ушел [из жизни сей], после того как и иконоборчество было уже преодолено промыслом Бога, умилостивленного их подвигами, почтил и его своими гимнами, воспевая и перечисляя [подвиги], коих он был очевидцем, участником и достоверным свидетелем.
20. Однако мне кажется, что будет хорошо, если я и здесь сделаю для иллюстрации небольшое прибавление к моим словам и покажу всю запредельность оскорблений, нанесенных сегодня святому этим ужасным человеком. Ибо вот что говорит тому благородному, божественному и мудрому мужу тот благородный и единонравный ему подвижник: Титлу[2038] [2039] твоего честнаго лица видевше, херувими отступаютъ от древа жизни[2040]; пламенное же оружие всеблагоговейно плещи тебе дает[2041], всемудре Феодоре[2042].
И еще: Титла над главою лежаше Царя Христа, написана на Древе Крестнем; твоя же титла, всемудре, на лице твоем на-чертася, написана благолепие[2043].
И еще: Возвысися убо на Крест Господъ и прободен бысть в ребра; ты же, протяжен на скамии[2044], терпеливно бодения претерпел ecu, якоже овен нарочит[2045]*, священнотаинниче, назнаме-наемъ[2046].[2047]
21. Я же, хотя и мог бы сказать очень много такого и еще более важного, не хочу оказаться в тягость тем, кто ни в коем случае не хочет этого слушать. Ибо кому недостаточно достаточного, для тех ничего не будет достаточно, хотя бы кто, превзойдя человеческую природу, провещал им громоподобно. Ибо когда о том, о ком столькие [святые] вопиют по всей вселенной на всякий год[2048] [2049] и во все времена; которого таким образом воспевают люди с моря и суши и от всех пределов востока и запада; чьи ради Христа принятые за благочестие раны убеждают херувимов отступить от древа жизни; которому пламенное оружие плещи дает, этот несчастный говорит, что не знает его, какое еще может быть найдено средство, способное достучатся до его непреклонной и каменной души?
2034
«Назнаменовати» (ц. — слав.) — наносить знаки. У Григоры: сгфауі-Côpevoç, что можно было бы перевести как «заколаемый» (так и делает ван Дитен, употребивший здесь geschlachtet), но мы полагаем это опиской и читаем афрауіСоргѵод, следуя тексту греческой Минеи и согласной с ней славянской. Дело в том, что правильно образованное причастие от офауіафо («закалывать, приносить в жертву») будет читаться стфауіаСореѵо»;, a форма офоауіСореѵсх; крайне редка: в TLG нашлось всего два примера — настоящий и еще один у Кирилла Александрийского (Cyrillus, Commentarii in Matthaeum (in catenis), Fragment 234.1). Кроме того, святой Феодор не был заколот, а подвергся клеймению.
2036
Имеется в виду ежегодное совершение памяти святого Феодора, при котором в церкви произносятся вышеприведенные тексты.
2041
Ѳрвптікрѵ. По учению Аристотеля, в душе есть три способности: мыслящая, ощущающая и питательная (или «растительная»), которые сам Аристотель иногда называет «душами»: душа мыслящая, душа ощущающая, душа растительная (дело последней — «производить потомство и пользоваться пищей»). См.: Aristoteles, De anima, 413b.7,414ab, 429a.9-30.
2042
Буквально: «хворостяные» (фроуаѵсобг)) — эпитет, прилагаемый к ересям преимущественно в гимнографических текстах. Обычно говорится, что какой-нибудь святой есть «огнь, хврастныя ереси попадающий», или что он «огнедухновенными словесы своими хврастныя ереси яко пепел сотвори», и т. п., имея в виду легкость, с какой хворост уничтожается огнем.
2044
той ауаѵ фаЬощѵоѵ Григора смешивает две дельфийских максимы: pr)5èv âyav («ничего чрезмерного») и xQÖvcov феібои («береги время»). См.: Dicaearchus, Fragmenta, Fr. 31, 6–7, в: Die Schule des Aristoteles, ed. F. Wehrli, vol. 1 (Basel, 19671) (TLG 0066 001).
2048
sw [Pseudo-]Maximus Confessor, Scholia in Dionysii Areopagitae, De eccle-siastica hierarchia, в: PG, vol. 4, col. 169D.
2049
Cm.: Concilia Oecumenica, Concilium universale Ephesenum anno 431, ed. E. Schwartz, vol. 1, pars. 7
(Berlinl — Leipzig, 1929), S. 117 f., § 80.