Книга тридцать третья того же Никифора Григоры, или
Догматическая четвертая
1, «Итак, во-первых стоит рассмотреть, — сказал Григора,[2074] — что более согласно с общими представлениями церкви: чтить ли единого Бога, то есть единое в трех [ипостасях] несотворенное божество, о котором великий в богословии Григорий говорит, что есть единый свет неприступный и непрерывный, — Бог, — вечносияющий и трисиятелъный[2075]; или множество божеств и светов, как учат некоторые из когорты противников благочестия. Лично я думаю, что никто из воспитанных в благочестивых размышлениях не впадет добровольно в такое безумие, чтобы решиться помыслить более одного божества, слыша, как отеческие догматы церкви в один голос ясно
и громко провозглашают, что Бог есть единый непрерывный и неприступный свет, а не многие и не сверх Троицы; что второй свет — ангел*17, и ничего нет между ними посредничествующе-го; что, опять же, есть один Бог, потому что одно божество*1*, полагая необходимым условием почитания единого Бога предварительное исповедание единого божества, — разве что кто-нибудь, притворяясь глухим, сам себя добровольно предаст на посмешище болтающимся по базарам проказникам.
2. Итак, коль скоро это общепризнанно, стоит затем спросить, подобает ли, пренебрегая общим пониманием Божией церкви, стоящим посреди, словно светильник на горе[2076] [2077] [2078] [2079] [2080], говорить, что видимым является это единственное и несотворенное божество, то есть единый вечносияющий, неприступный и непрерывный свет. Ибо есть общее учение церкви, принятое нами от Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа и Его учеников, что видеть Бога ни для кого невозможно, кроме как посредством символов и телесных образов. Ибо никто, — говорит [Павел] Бога не видел и видеть не может*30. И сказавший эти слова божественный Павел тут же запечатлевает их, говоря: Если кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема*31. Он имеет в виду именно это: почитать одно несотворенное божество и один Свет в трех ипостасях, и одновременно исповедовать это божество невидимым не только для людей, но и для самих ангелов.
3. Кто настолько глуп и настолько одержим безумием, чтобы, когда существуют даже невидимые твари — я имею в виду ангелов, души и демонов, — дерзать говорить, что природа Бога, Творца всего сущего, видима для людей? Такое мнение не только является плачевным, потому что изменяющие отеческие догматы церкви сами себя добровольно предают этим апостольским анафемам, но и исполнено безумия и глупости. Ибо о всяком учении и научении говорится, что оно возникает из предшествующего ему знания.
4. В таком случае подобает приводить эти свидетельства для явного и более очевидного доказательства менее совершенных [свидетельств], которые, согласно вечным правилам, для практики человеческих чувств от начала жизни и на всем ее протяжении становятся сопутствующими научениями, — и тем самым, возводя [людей] шаг за шагом как бы по ступеням, учить мало-помалу заменам соответствующих прибавлений и убавлений и уже чище приводить к солнцу науки. А когда наука выучена, следует считать самоусвоенное[2081] первое чувственное восприятие предшествующим [ей] знанием, из которого, как из первого начала и источника, проистекают реки всякого познания логосов и определений, внутренне присущих чувственно воспринимаемым, мысленным и умопостигаемым [вещам].
5. Ведь, когда мы видим и слышим, ощущаем вкус сладкого и горького, различаем посредством осязания шершавое от гладкого и знаем, что огонь горяч и обжигающь, а снег холоден, то все это суть общие понятия, которые наши чувства усваивают сами. И не от кого-то мы учимся видеть и слышать, или [знать], что огонь жжет, снег прохладен, а мед сладок. Ибо чувство само собой что-то принимает, а что-то отторгает без привнесенной строгой необходимости[2082] и без какого бы то ни было логического доказательства, поскольку Бог-Творец премудро все предусмотрел и заранее вложил в природу в зачаточном виде таковые первичные основания: самое мощное средство для всех последующих научных методов и доказательств, посредством которых выводятся необоримые и совершенно неоспоримые истинные умозаключения.
2076
Греческое слово «луч» (àKxiç) в косвенных падежах (àicxtvoç, схк-xtva) имеет некоторое сходство по звучанию с глаголом екхеіѵсо («протягивать, простирать»; inf. med.-pass. — ектаѵестѲси), но этимологически с ним не связано. Современная филологическая наука производит его от праиндоевропейского ankt- (ср.: лит. anksti «рано», готск. uhtwo «рассвет», санскр. (aktu) «сияние»).
2078
[Pseudo-]Maximus Confessor, Scholia in Dionysii Areopagitae, De coele-sti hiérarchie, в: PG, vol. 4, col. 232C.
2082
та àno xrjç Ле^еах; unoßaAAöpeva. У Григоры: ижжаЛЛощѵа, но мы считаем это опиской и читаем как в оригинале.