Начало иконоборчества; император Лев III (717–741). Наконец, реакция против иконопочитания нашла своего выразителя на троне. Это совпадает с вступлением на Византийский престол исаврийской династии. В 717 г. Лев Исавр прославился удачной защитой столицы от арабов. Когда Византийская империя теряла одну область за другой, когда она лишилась Северной Африки и почти всей Азии, когда войска отказывались повиноваться своим императорам, провозглашая августами своих начальников, — настала полная анархия. Никто не знал, что император в столице был одним, а в армии другим человеком. Лев был выдвинут азиатским войском. Он был храбр, но без военного опыта. Лев пошел на столицу, чтобы свергнуть Феодосия III. Для своей цели он обезопасил себя от арабов договором. Провозглашенный императором, он более не нуждался в помощи арабов и, завладев Константинополем, сделался их страшным противником. Тогда мусульмане осадили Константинополь с суши и с моря. Зима в тот год была особенно суровой. Греческий огонь, моровая язва и голод причиняли арабам много вреда, а потому они, потеряв до ста тысяч человек, должны были отступить. Этот подвиг Льва возродил на некоторое время византийцев, упавших духом, и вселил в них ненадолго свежесть, которой они уже давно не знали. Но Лев не мог стать выше исторических традиций; он даже ближе других современников принимал к сердцу религиозные интересы.
Избавившись от внешней опасности, он, с крутостью воина, простым эдиктом в 726 г. запретил сначала почитание всяких священных изображений, а через четыре года велел совершенно истребить иконы, статуи, воспрещая вместе с тем почитать мощи и священные памятники. Большая статуя Спасителя, стоявшая на Константиновом рынке, была полностью разбита оруженосцем императора, который поплатился за это жизнью от разъяренного народа. Это было знаком к религиозной фанатической борьбе.
Следует заметить, что против иконопочитания был только небольшой придворный кружок да правительственная власть. Начались возмущения. Император смешивал эти восстания с государственными мятежами. Во главе оппозиции стояло монашество, которое имело огромное влияние на народ. Император подавил у себя волнение военной силой и, с гордостью усматривая в этом божественную помощь, готов был уничтожить иконопочитание, сделавшееся ему еще более ненавистным вследствие энергичного сопротивления. Но Лев должен был убедиться, что дело не так просто и что, например, для итальянских византийских владений этот вопрос был существенно важным. В Италии папы и все население сильно противилось ненавистному императору, а некоторые из итальянских областей совершенна отпали вследствие этого от империи, и на этот раз навсегда. Было замечено суеверным народом, что с того времени как император начал борьбу против иконопочитания, несчастия обрушились на государство. Арабы, а вместе с тем голод и язва появились в империи. Император, дотоле любимый, потерял под конец жизни всякую популярность даже в своей иконоборческой партии.
Но борьба с иконами была как бы историческим призванием исаврийской династии.
Император Константин IV (741–775). Константин IV Koпроним[102], подобно отцу своему, начал преследовать иконопочитание, только с большей настойчивостью и жестокостью. Шлоссер в своей монографии, специально посвященной иконоборству, заметил, что все поступки Константина Копронима по самому своему характеру отличались насилием, а потому намерения его не были поняты современниками, с предубеждением смотревшими на все его действия. Нельзя отрицать его энергии, административных способностей, но вместе с тем нельзя не указать на то, что вся жизнь его прошла в намерении оскорбить по возможности господствовавший взгляд на иконы, опозорив все то, что было дорого народу. Отсюда понятна ненависть к нему духовенства, которое говорило, что император еще в детстве осквернил святыню, намекая на то, что он во время крещения оставил не совсем чистые следы на купели, в которой его крестили. Деятельность Константина IV прошла в борьбе с болгарами. Известно, что первые болгары на Балканском полуострове были азиатского происхождения, но впоследствии смешались со славянами, несравненно более многочисленными, среди которых азиатские кочевники растворились, передав, однако, славянам свое имя. В VII столетии, основав в нынешней Болгарии независимое государство, они стали постоянно вмешиваться во все внутренние дела и смуты империи, служа за деньги то той, то другой партии. Своим вмешательством и набегами они приносили много забот и несчастий для Византии, которая нередко трепетала от них, так что император Анастасий I построил большую стену близ столицы. С этого времени болгары начали брать ежегодную дань с императоров. Константин IV, отказавшись исполнить этот унизительный обычай, начал с ними войну, в которой его войско отличалось храбростью и жестокостью. Чтобы навсегда воспрепятствовать нападениям болгар, Константин устроил на границе несколько укреплений. Во втором походе против болгар император захворал и умер.
Но другое следует сказать о его внутренней деятельности. На Константинопольском соборе в 754 г. единомышленное духовенство, пожеланию императора, объявило иконы изобретением дьявола, поклонение им признало суеверием. Чтущие иконы приравнивались к последователям Ария, Нестория и Евтихия. В одном из постановлений и монашество было признано заблуждением. Дело в том, что среди членов собора было много лиц белого духовенства. Решения собора, объявленные сперва в столице, а потом в провинциях, повели к беспорядкам. Икононенавистники, увлеченные диким фанатизмом, бросились истреблять иконы в церквах; они старательно уничтожали их следы, нарочно оставляя изображение растений, зверей и всякие орнаменты. Монахов били, монахинь бесчестили в монастырях. Тогда много иноков из Малой Азии бежало на Кипр, Крит, в Крым или переселилось в Южную Италию, в Апулию и Калабрию; в эти страны тогда перешла византийская иконопись, сохранившаяся доныне.
Конечно, чем энергичнее и чем возмутительнее действовало исаврийское правительство, тем более предметы гонения приобретали ценный смысл для народа. Образа, мощи, ладанки — все это как бы страдало вместе с почитателями святыни. Император употреблял все возможное, чтобы нанести оскорбление лицам, расположенным к иконопочитанию. Иконы массами стали складываться в костры, их протыкали копьями, плевали на них и мучили тех, кто поклонялся иконам. Тогда инок Андрей, весьма уважаемый в Константинополе, вышел из своей кельи, чтобы обличить всенародно императора в нечестии. Он был приговорен к сожжению и погиб мученической смертью.