Узнав об отсутствии у Севера достаточной военно-морской мощи для блокады Юга, Горчаков воскликнул: «Если ее нет у них, она есть у нас! Император никому не позволит помешать такой блокаде, даже если это приведет к новой войне». Попытки Франции и Англии заручиться поддержкой России в признании сецессии южан встретили решительный отпор со стороны российского правительства, которое дало ясно понять, что не признает Конфедерацию южных штатов, пока этого не сделает администрация Линкольна. «Отделение Юга, — по словам Горчакова, — будет рассматриваться Россией как самое большое из всех возможных несчастий». Отношение правительства России к происходившим событиям было убедительно продемонстрировано конкретными действиями: в 1862–1864 гг. русские военно-морские эскадры были направлены в порты Нью-Йорка (под командованием адмирала С. С. Лесовского) и Сан-Франциско (под командованием адмирала А. А. Попова). Американский дипломат и государственный деятель Э. Кертин утверждал, что существовал секретный приказ Лесовскому о передаче русской эскадры в распоряжение президента Линкольна в случае вступления в войну Англии.
Вместе с тем критиками была выдвинута своя версия, объясняющая визит российских кораблей в американские порты: стремление правительства России спасти свои суда от блокады английским флотом в Балтийском море в случае вмешательства Великобритании и других европейских держав в Польское восстание. Согласно их утверждениям, Россия вовсе не собиралась поддерживать США и что именно Соединенные Штаты проявили свое дружелюбие к русским, согласившись принять у себя в нейтральных портах обреченные на гибель российские корабли. Американскими историками даже утверждалось, что российский флот был направлен из Балтики для того, чтобы нападать на коммерческие суда Англии и грабить их.[144]
Каковы бы ни были мотивы этого шага российской стороны, администрация Линкольна получила столь нужную ей в сложившейся ситуации поддержку. Американский банкир У. Баркер, связанный деловыми отношениями с российским правительством, ссылался впоследствии в своих воспоминаниях на беседу с Александром II, заявившим: «Я предпринял этот шаг, потому что понимал, что Россия столкнулась бы с более серьезной задачей, если бы Американская республика с ее высоким уровнем промышленного развития была сломлена и большинство отраслей современного промышленного развития оказались бы под контролем Великобритании».
Многие русские офицеры выразили готовность вступить добровольцами в армию северян. Оказывая поддержку администрации Линкольна в годы Гражданской войны, правительство России вместе с тем предпринимало активные попытки убедить ее в необходимости договориться с Югом с целью избежать раскола страны. «России предлагают присоединиться к какому-то плану вмешательства, — заявил Горчаков американскому дипломату в Санкт-Петербурге. — Но она отвергнет любое подобное приглашение. Россия будет занимать ту же позицию, что и в начале борьбы… Вы можете положиться на это, она не изменит своей позиции. Но я не могу не выразить Вам, как глубоко мы озабочены… как серьезны наши опасения».
В августе 1861 г. Линкольн не счел возможным поддержать генерала Фримонта, который объявил принадлежавших мятежным рабовладельцам Юга рабов свободными людьми и, более того, сместил его с поста командующего силами северян в Миссури. Однако два месяца спустя президент дал генералу Шерману указание принимать в качестве наемных рабочих беглых рабов и разрешил даже, при известных условиях, вооружать их.
Подведенное самим ходом и логикой событий первого этапа войны к мысли о необходимости уничтожения рабства, правительство своими действиями, в частности своим стремлением избежать открытого разрыва с «лояльными» рабовладельцами пограничных штатов и намерением вести войну лишь конституционными методами (т. е. не ставя под вопрос существование рабства), препятствовало скорейшему достижению победы. Ситуация существенно изменилась только после промежуточных выборов в конгресс в ноябре 1862 г., когда республиканцы, а следовательно, и сам президент потерпели поражение. В ходе этих выборов Республиканская партия, выступавшая в союзе с аболиционистами, высказалась вполне решительно за немедленное освобождение рабов. После победы демократов на выборах 1862 г. у Линкольна оставался только один выбор — устранить из военного руководства Севера сторонников компромисса с Югом, в частности удалить с поста главнокомандующего армией северян генерала Макклеллана. К этому шагу Линкольна подтолкнула нерешительность генерала в сражении с конфедератами у р. Антиетам-Крик в сентябре 1862 г. Одновременно с отстранением Макклеллана от командования армией Севера в ней была проведена «чистка»: арестованы несколько офицеров по обвинению в измене, заключены в тюрьму или уволены из армии лица, подозреваемые в принадлежности к «медянкам» (copperheads), как стали называть на Севере сторонников южан.
144
Утверждения о том, что российский флот выводился из Балтики в открытое море с целью перехвата и грабежа английских кораблей, документально не подтверждаются. Ни о каких встречах с английскими торговыми судами на пути в Нью-Йорк и тем более нападениях на них в исторических документах тех лет не упоминается.