В 1849 г. в Соединенных Штатах Америки возникло тайное объединение нейтивистов, которое получило название Партии «незнаек» (Know-Nothing Party).[124] В числе основных требований, изложенных в программе этой партии, фигурировали увеличение периода, требуемого для получения американского гражданства, с пяти лет до 21 года и запрещение католикам, а также уроженцам иностранных государств занимать государственные посты. Рабочие северных штатов опасались в гораздо большей степени стремления южан расширить ареал рабства, чем роста числа католиков-эмигрантов. Речь шла не о классовой солидарности или о неприятии ими рабства как социального института, а о том, что чернокожие невольники обеспечивали крайне дешевую или вовсе бесплатную рабочую силу, способную лишить белых рабочих надежд на получение работы, тем более достойно оплачиваемой. Северные политические деятели полагали, что, если рабство не будет запрещено федеральным законом, рабы вытеснят белого трудящегося из контингента рабочей силы. Аналогичную позицию занимали и американские нейтивисты, в среде которых оказалось немало сторонников сохранения рабства.
К 1855 г. Партии «незнаек» удалось установить контроль над законодательными собраниями Нью-Йорка и Массачусетса, стать влиятельной политической силой в легислатурах по меньшей мере еще восьми штатов Атлантического побережья, завоевать 90 мест в Палате представителей Конгресса США и стать второй по численности (после Демократической) политической партией страны. Единственным вопросом, по которому так и не удалось достичь консенсуса, был вопрос о рабстве: южные «незнайки» его поддерживали, а северные были его противниками. В 1855 г. тогда еще малоизвестный адвокат из Иллинойса Авраам Линкольн заявил: «Я не «незнайка». Да и как я могу им быть… Когда «незнайки» придут к власти, их лозунгом будет: «Все люди созданы равными, за исключением негров, иностранцев и католиков». Когда дело дойдет до этого, я предпочту эмигрировать в какую-либо страну, где не притворяются, что любят свободу — к примеру, в Россию, где деспотизм воспринимается в чистом виде, без примеси лицемерия».
Межпартийные и внутрипартийные распри не могли не обострить внутриполитическое положение в стране. В 1848 г. оформилась массовая фермерская Партия фрисойлеров (Free Soil Party).[125] Она не только призывала положить конец распространению рабства, но и требовала принятия федерального закона о гомстедах,[126] по которому всем лицам, готовым поселиться на государственных землях, были бы выделены небольшие фермы. Это предложение поддерживалось фермерами и некоторыми рабочими из восточных штатов, что, однако, не было свидетельством постепенного их втягивания в политическую борьбу, на которое позднее часто ссылались социалистическая пресса Соединенных Штатов и адепты революционной теории. Несмотря на то что к середине XIX в. в пролетарской среде широко распространились социалистические идеи, американские рабочие и первые национальные профсоюзы склонялись прежде всего к ведению экономической борьбы, требуя улучшения условий труда, но не ставя вопроса ни об изменении существующего строя, ни о создании пролетарского государства. Еще меньше оснований было говорить о политической борьбе американских фермеров, если не относить к таковой борьбу за землю.
Обострению внутриполитической ситуации в стране способствовало и то, что разногласия между демократами и вигами усугублялись. Демократами считали себя многие представители мелкого фермерства, жители небольших городов, преимущественно шотландского и ирландского происхождения, а также ирландские католики. К вигам примыкали более образованные слои населения — чиновники, промышленники, крупные фермеры, напуганные демократической риторикой банкиры и предприниматели, английские и немецкие протестанты, представители пресвитерианской, унитарианской и конгрегационалистской церквей, а также представители нарождающейся «рабочей аристократии», свободные негры и сторонники предоставления штатам широких прав. Демократы чаще оперировали понятиями «классовое противостояние», «борьба с засильем крупного капитала и растущими монополиями», тогда как виги подчеркивали необходимость союза между трудом и капиталом. Они рассматривали промышленное развитие страны как единственно разумный путь к росту национального благосостояния и повышению жизненного уровня населения.
124
На начальном этапе своего существования это объединение называлось Американской партией (American Party). Но вскоре получило название Партии «незнаек», поскольку его члены отказывались от обсуждения деятельности своей партии, предпочитая в целях конспирации отвечать: «Я ничего не знаю» — «I know nothing».
126
От англ. homestead — земельные участки, которые предоставлялись в Соединенных Штатах поселенцам бесплатно или на льготных условиях для освоения малозаселенных территорий.