Выбрать главу

За годы, проведенные вместе, Джил и Каролина стали наперсницами, союзницами, вечно поддерживающими друг друга в спорах; сестрами по оружию, выступающими единым фронтом против неуемного мужского эго (в моем лице). По отдельности я могу с ними справиться, могу обстряпать кое-какие дела в тайне от каждой из них, но когда они вместе, спина к спине, занимают круговую оборону, мне становится сложно удержать власть в доме в своих руках. Заметьте, я не говорю «невозможно», я сказал «сложно».

Каролина склонна всегда говорить правду, какой бы жестокой она ни была. Я думаю, это у нее национальное. Из-за этой черты ее характера всякий раз, когда приходит Каролина, мне хочется незаметно ускользнуть из дома. Однако с течением лет Джил все больше и больше ценила суровую любовь Каролины. В прошлом году мы с Джил участвовали в театральной постановке, и Каролина пришла на последний прогон. После прогона мы между делом поинтересовались ее мнением. Каролину никак нельзя назвать заядлой театралкой, и поэтому она не имеет ни малейшего представления о том, как аккуратно надо общаться с актерами накануне премьеры, как чутко надо беречь их эго. Ничтоже сумняшеся она заявила Джил, что ей следует быть «значительнее, театральнее и выкладываться на полную катушку». Я затаил дыхание, не веря, что Каролина осмелилась вломиться в личные владения Джил, в ее творческую сферу. Я бы лично не рискнул. Однако Джил просто посидела с минуту, покивала, поблагодарила Каролину и затворилась в кабинете на пару часов, где стала работать над ролью. На следующий вечер, когда она вышла на сцену, ее роль заиграла новыми красками и гранями — вроде все было точно так же, как и прежде, но теперь Джил действовала гораздо увереннее…

Джил никогда не купит платья или туфель, не посовещавшись предварительно с Каролиной. Каролина не сделает и шага навстречу новому молодому человеку, не посоветовавшись с Джил. У этих дам очень сложные взаимоотношения. Они служат друг для друга зеркалом, поддерживают друг друга, говорят друг другу правду. При этом они каждодневно терзают друг друга. Каролина завидует красоте Джил, ее осанке, успеху, как в делах, так и в личной жизни, а Джил завидует молодости Каролины, спортивности, толпам воздыхателей, способности пройти по улице так, чтобы прохожие оборачивались вслед.

Вы спросите, а как же я? На мой взгляд, я уже давно не жил столь интересной жизнью. Не скажу, что она сахар — но все равно очень интересная. Если мужчины олицетворяют собой Марса, а женщины Венеру, то можно сказать, что сейчас Венера в нашем доме занимает куда более твердые позиции, чем прежде. Венера более четко, более настойчиво высказывает свое мнение. В результате этого (если мы закроем глаза на мужское эго) жизнь становится гораздо проще. У меня одна цель — дать Джил все, что она желает, и теперь мне более-менее ясно, чего именно ей хочется.

Итак, мы втроем отправились в путь. Нам предстояло преодолеть расстояние от Альп до Апулии — южной оконечности Италии. Поскольку поездку планировал я, наш маршрут по возможности огибал храмы, замки, музеи и прочие достопримечательности. Всем этим я решил пожертвовать ради вина и вкусной еды. Нет, разумеется, если нам на глаза попадалась занятная церковь — пожалуйста, можно и зайти. Если нас манил шедеврами музей — нет проблем, почему бы и не взглянуть? Однако наибольшее внимание я уделял ресторанчикам. Главное, чтобы они были типично итальянскими (как правило, такие находились в небольших городках) и чтобы из них открывался чудесный вид, скажем, на море или череду холмов, поросших виноградниками или оливковыми деревьями. В нашу задачу входило умерить наш пыл, чтобы войти в единый ритм жизни с сельской Италией.

Сначала мы направились в одну из гастрономических сокровищниц Италии. Я говорю об Альбе в Пьемонте — родине моих любимых вин, неспешных трапез и белых трюфелей. Мы остановились в маленькой гостинице на окраине города. Владелица гостиницы Роберта оказалась гурманом. Если возникала необходимость узнать что-нибудь о местной кухне, можно было смело обращаться к ней — она знала всю подноготную. После продолжительных завтраков, во время которых мы лакомились свежим йогуртом и только что собранными Робертой ягодами, мы целыми днями разъезжали по поросшим виноградниками холмам, курсируя между деревушками под названиями Барбареско, Бароло и Нейве.

Потом мы направились в Чинкве-Терре. Зачем? За жареными анчоусами, чистым как слеза белым вином, которое делают из винограда, растущего на отвесных склонах холмов, выходящих на море, и за пастой al pesto — ведь впервые ее начали делать именно там. Если на свете и есть город краше Вернаццы, значит, я его еще не видел. Каждый день Каролина, которая в свободное время занимается триатлоном, сажала нас на велосипеды, и мы колесили по склонам холмов среди виноградников, сжигая как минимум часть калорий, набранных во время трапез.