В конце 1945 года, находясь на отдыхе и имея достаточно времени для размышлений, Сталин пришел к выводу о необходимости замены руководства и НКВД, и НКГБ. Ему казалось, кадровая перетряска не повредит. Сталин благоволил Абакумову и полагал, что это удачная кандидатура на пост наркома госбезопасности. Но прямо пока об этом не говорил. Он лишь дал задание Берии и Маленкову подумать и подыскать нового наркома госбезопасности. Берия не пришел в восторг: Меркулов — его надежный и преданный человек. Но что делать, воля Сталина — закон.
В.С. Рясной.
[РГАСПИ]
Н.К. Богданов.
[РГАСПИ]
Берия и Маленков 31 октября 1945 года направили Сталину на юг шифротелеграмму («на Ваше рассмотрение», — писали они) о кандидатурах на должность первого заместителя наркома госбезопасности и в первую очередь предложили наркома внутренних дел Украины В.С. Рясного: «Считаем возможным рекомендовать Рясного первым заместителем наркома госбезопасности с тем, чтобы через 1–2 месяца утвердить его наркомом». В качестве других кандидатов «наиболее способных и проверенных чекистов» выдвигались Н.К. Богданов (нарком внутренних дел Казахстана), М.И. Журавлев (начальник УНКВД Москвы и Московской обл.) и Н.Д. Горлинский (уполномоченный НКВД и НКГБ по Эстонии). «Если Вы одобрите эти кандидатуры, — писали Берия и Маленков, — то переговорим с указанными товарищами и представим проект решения»[358].
Желая прояснить обстановку и переломить ситуацию в свою пользу, Берия в тревоге стал проситься на прием к Сталину. 31 октября 1945 года он писал ему на юг: «Прошу разрешить прилететь к Вам на один день»[359]. Сталин на следующий же день ответил холодно и сухо: «Я не считаю целесообразным Ваш приезд. Прошу не выезжать»[360].
Не только Берия, но и Молотов в ту осень испытал на себе ледяной сталинский душ. В телеграмме 11 ноября 1945 года он получил от Сталина нагоняй за опубликованную в советской печати речь Черчилля. Причем Молотов не давал на это санкции, вероятно, он просто недосмотрел, зная, что публиковался весьма сокращенный вариант речи. Тем не менее Сталин негодующе писал: «Считаю это ошибкой, потому что даже в напечатанном у нас виде получилось, что восхваление России и Сталина Черчиллем служит для него маскировкой враждебных Советскому Союзу целей. Во всяком случае ее нельзя было публиковать без твоего согласия»[361]. До своего возвращения в Москву Сталин еще несколько раз обидно пенял Молотову на его ошибки. В шифровке от 6 декабря 1945 года Сталин обвинил его не только в «либерализме» с иностранными корреспондентами, но и в «ловкости рук» по отношению к членам Политбюро и вынес жесткий вердикт, что больше не считает Молотова своим первым заместителем. Молотов даже расплакался на заседании, когда Берия, Маленков и Микоян читали ему вслух эту шифровку Сталина[362].
Между тем по требованию Сталина от должности первого заместителя наркома госбезопасности был освобожден Б.З. Кобулов. Узнав об этом, он на следующий же день — 1 декабря 1945 года — написал ему слезливое письмо: «30 ноября 1945 года товарищ Берия и товарищ Маленков объявили мне, что я освобожден от обязанностей первого заместителя народного комиссара государственной безопасности СССР и отзываюсь в распоряжение ЦК ВКП(б)»[363]. Далее Кобулов напоминал Сталину о своей 24-летней службе в «органах», подпустив толику самокритики («я понимаю, что в моей работе немало недостатков»), и тут же заверял, что впредь готов работать активно и преданно, заканчивая свое письмо обещанием: «Ваше доверие я оправдаю»[364].
Депутат Верховного Совета СССР 2-го созыва В.С. Абакумов.
[ГА РФ]
В самом конце 1945 года дело дошло и до Берии, и он расстался с постом наркома внутренних дел. Наконец, в мае 1946 года произошла серьезная реорганизация центрального аппарата МГБ. Министром стал Абакумов. Торжествующий, он раздает посты, выдвигает наверх военных контрразведчиков. О Кобулове, недавнем первом заме НКГБ, все как будто забыли. Но он сам старается напомнить о себе и пишет 1 июня 1946 года:
«Дорогой товарищ Сталин!
Прошло шесть месяцев, как я нахожусь в распоряжении ЦК ВКП(б).
Поэтому я осмеливаюсь напомнить о себе и просить Вашего указания о возможном ускорении разрешения вопроса о моем использовании.
358
РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 97. Л. 136. Ранее Берия предлагал иные кандидатуры. Он направил Сталину 27 октября 1945 г. записку: «В связи с Вашим поручением я продумал вопрос о назначениях», — и предложил вместо Меркулова назначить наркомом госбезопасности С.Н. Круглова, причем назначить его сначала первым заместителем, а потом, «как осмотрится, через 2–3 недели сделать его наркомом», кроме того, назначить П.В. Федотова заместителем наркома госбезопасности вместо Б.З. Кобулова, для которого Берия предусмотрел три варианта: использовать на работе в Закавказье, назначить заместителем наркома нефтяной промышленности СССР или, наконец, отправить на должность заместителя председателя СНК Узбекистана (РГАНИ. Ф. 3. Оп. 58. Д. 28. Л. 77).
362
Политбюро ЦК ВКП(б) и Совет Министров СССР, 1945–1953 / сост. О.В. Хлевнюк и др. М., 2002. С. 195–200.