Меняется характер также и других групп керамики. Прежде всего, следует отметить присутствие в этом слое типичной для эллинистической эпохи керамики, покрытой уже не черным, а коричневым лаком — более тусклым, более бледным, часто имеющим металлический отлив (напр., №№ 139, 150, 204, 249, 251 и др.), также обломков сосудов, украшенных поверх темного лака орнаментом, исполненным полужидкой массой желтого цвета (№№ 68, 231, 233, 234; из них № 231 изображен на рис. 30, 5); все эти обломки датируются временем не раньше IV в., а скорее уже и III в. Не раньше второй половины IV в. и единственный найденный здесь краснофигурный обломок № 274 — ручка с частью стенки скифоса. Среди довольно многочисленных обломков чернолаковой керамики есть и более ранние, но ни один не может принадлежать ни V, ни даже началу IV в. до н. э.
Не встречается здесь и материала, датирующегося временем более поздним, чем III в. Если большая часть находок III слоя отличается от типов, характерных для классической эпохи, то нет здесь также и материала, типичного для эпохи развитого эллинизма: отсутствуют так часто встречающиеся в поселениях северного Причерноморья группы «мегарских чашек», александрийская керамика с росписью по белой обмазке; а из керамики с орнаментом, исполненным резьбой и накладными красками по лаку коричневатого цвета, здесь представлены только самые ранние образцы. Привозный греческий материал отражает, таким образом, эпоху раннего эллинизма, почти эпоху перехода к эллинизму.
Итак, время всех наслоений, открытых нами в раскопе I, охватывает века V (вторую половину), IV и III; преобладающее количество находок принадлежит IV в.
Приблизительно ту же картину мы находим и во втором раскопе, сохранившем неповрежденные слои, — раскопе IV. И здесь нижний слой (I — песчаный) содержит ранние находки не позже начала IV в. до н. э., насколько, по крайней мере, можно судить: определение материала затрудняется сохранностью обломков — большая часть их окатана водой. Самую раннюю дату дает здесь обломок № 448 (рис. 30, 6), принадлежавший ионийскому чернофигурному сосуду конца VI в. до н. э.: сохранилась часть характерной для этой группы рамки, образованной перекрещивающимися линиями, от самого изображения не осталось ничего. Очень маловыразительны и десять чернолаковых обломков слоя I; мы можем лишь заметить, что везде, где можно хоть в какой-либо мере уловить характер очертаний сосуда, очертания эти просты и строги; по-видимому, большинство этих черепков принадлежит V или началу IV в. С этим совпадает и характер их лака, более всего напоминающего лак ионийской чернолаковой керамики конца VI и V веков до н. э. Из двух найденных здесь ножек остродонных амфор одна (№ 628, рис. 28, 3) принадлежит амфоре уже встречавшегося у нас типа, характерного для VI и V вв. до н. э., другая (№ 640) — более позднему типу амфоры с вытянутой ножкой, но ранней его разновидности: амфора сходной формы была найдена в характерном погребении первой половины IV в. в Марицыне[209]. Итак, I слой раскопа IV соответствует, по-видимому, I слою раскопа I: и здесь весь материал относится к V и началу IV в. до н. э.
Поддающиеся датировке находки II слоя указывают на более позднее время. Чернолаковые обломки имеют очертания менее строгие и четкие; среди них попадаются экземпляры, характерные для развитого IV в. Не раньше IV в. должны быть датированы и все амфорные обломки. Из трех найденных в этом слое обломков с клеймами, 563, 564, 597, наиболее четкое и характерное клеймо имеет № 597 — обломок ручки херсонесской амфоры с клеймом ΑΠΟΛΛΑ[210]; по определению О.О. Крюгера, характер букв указывает на IV, может быть и III в. до н. э. Два других обломка (№№ 563 и 564) сохранили часть клейма на горле. Датировать их на основании характера букв О.О. Крюгер счел затруднительным; но несомненно, что оба обломка принадлежат амфорам все той же группы, принадлежащей, как это выяснил Б.Н. Граков, IV–III в. до н. э. (см. примечание 2 на стр. 129). Таким образом, слой II раскопа IV заключает материал IV–III вв. до н. э.; он близок слою III раскопа I, но не содержит настолько типичных экземпляров III в.
В слое III все находки создают еще более определенную картину эпохи раннего эллинизма: III век представлен здесь уже вполне характерными образцами. Таков, например, обломок ручки амфоры № 546 с клеймом ΑΣΤϒΝΟΜΟϒ ΜΝΗΣΙΚΛ… датирующимся III в.[211]; этому времени соответствуют и формы встречающихся здесь ножек, чаще всего аналогичных № 321 раскопа I (рис. 32, 1), иногда дающих иные разновидности (напр., 542, см. рис. 32, 4). Чернолаковые обломки слоя III принадлежат также все позднему времени — простые, строгие формы, блестящий черный лак отсутствуют здесь совсем; впрочем, самые поздние экземпляры датируются все же временем не позже III в. К числу таких поздних экземпляров относится № 535 (см. рис. 35, 1) — обломок стенки канфара; характерны для этого времени вызванные неравномерным обжигом переходы основного темного цвета лака в красный. Слой III раскопа IV совершенно одновременен, таким образом, слою III раскопа I: они сходны и по характеру — здесь и там это темный почвенный слой, аморфный, без признаков слоистой стратификации. По-видимому, также и слой II раскопа IV должен быть по времени объединен со слоем III того же раскопа; во всяком случае, он ближе к III слою, чем к I.
Рис. 32. Обломки остродонных амфор из верхнего (почвенного слоя).
В раскопах I и IV устанавливаются, таким образом, два основных слоя, соответствующих двум периодам жизни поселения: нижний песчаный, с материалом V и начала IV в. и верхний почвенный, с находками второй половины IV и III вв. Более позднего материала оба раскопа не дали совсем.
К тем же V–III вв. относятся и все находки остальных раскопов, а также материал, собранный на поверхности городища. Большое количество обломков греческой керамики, легко поддающихся датировке, дал раскоп II. Самый ранний типологически предмет данного раскопа — обломок ножки амфоры № 443 (рис. 34, 1) уже встречавшегося у нас типа VI и V вв.; здесь этот обломок обточен, просверлен и использовался, вероятно, в качестве какого-то грузила. К числу поздних экземпляров относится обломок горла амфоры с клеймом NI (№ 374), отнесенный О.О. Крюгером к III или концу IV в., также обломки ножек №№ 455 и 463 (рис. 34, 2 и 3).
Приблизительно тем же временем датируются и некоторые экземпляры чернолаковой керамики с типичным для конца IV и III вв. плохим тусклым лаком, напр., № 347 — ножка канфара с характерным для малоазийской керамики III в. небрежно очерченным профилем (рис. 35, 4), № 364 — обломок чашечки с лаком, имеющим сильный металлический отблеск (рис. 36, 2), № 388 и другие. Наконец, в том же раскопе найден и обломок раннеэллинистического большого сосуда (кратер) с росписью, исполненной коричневой и красной красками по белой обмазке; о месте его производства я затрудняюсь высказаться с уверенностью, скорее всего, это один из малоазийских центров. Из остальных находок большая часть принадлежит IV в.
Рис. 33. Типы остродонных амфор IV–III веков до н. э. (группа амфор с энглифическими клеймами).
209
См.
210
По-видимому, родительный падеж имели Άπολλᾶς, ср.