88. Отсюда ясно, что пристойное всегда является полезным. Ибо и святая Iудифь благородным презрeнием к собственной смерти избавила (город) от осаднаго положения и своею честностию всем принесла пользу. И Елисей был славнeе тогда, когда он простил (врагов), чем если бы их погубил; (с другой стороны), погубивши захваченных в плeн (врагов), Елисей не принес бы столько пользы, сколько он принес, избавивши их от смерти.
89. К чему же иному, как не к честности прилежал Iоанн, который не мог терпeть безчестнаго брака даже в царe, говоря: «Не позволительно тебе имeть ее женою» (Мф. XIV, 4). Он мог молчать, еслибы из страха пред смертью не считал безчестным для себя замалчивать истину, унижать пред царем свое пророческое достоинство, расточать пред ним лесть. Он, конечно. знал, что ему придется умереть, раз он вооружит против себя царя (quia regi adversabatur), и все же честность он предпочитал (своей) жизни. (Он не дорожил жизнью), ибо что может быть полезнeе того, как снискать святому мужу славу мученичества?
90. Также и святая Сусанна, когда (двое старeйшин) стали запугивать ее ложным свидeтельством и она увидeла, что с одной стороны ей грозит смерть (periculum), а с другой — поношение, предпочла почетную смерть, чтобы только избeжать позора, из–за чувства самосохранения она не пожелала подвергнуться поношению на всю жизнь (quam studio salutis turpem vitam subire et sustinere). И так, в своем стремлении к честному, она сохранила жизнь, и еслибы она предпочла то, что казалось ей полезным для жизни, то она не прославилась бы так; напротив, (если бы она предпочла то), что не только безполезно, но даже и опасно, то едва ли бы она избeжала наказания за преступление (Дан. ХIII). Итак, запомним: постыдное не может быть полезным и, наоборот, честное не может быть неполезным[995]; потому честность всегда соединена с полезностию и полезность с честностию.
Глава XV. Упомянувши об (одном) благородном рeшении римскаго (полководца), говорит о том, что Моисей особенно заботился о честном, что и доказывает его дeлами.
91. Риторы передают о (слeдующем) замeчательном (поступкe) римскаго полководца[996]. Когда к нему пришел врач враждебнаго ему царя с предложением отравить его, то полководец, связавши, отослал его неприятелю. Это, конечно, справедливо, потому что, кто состязается в доблести, тот не захочет побeждать (при посредствe) обмана. Так (и полководец тот) честное видeл не в побeдe, — (наоборот) самую побeду он считал позором, если (только) она достигается безчестным путем (nisi honestate).
92. Возвратимся к нашему (герою), Моисею, — к тому, что мы говорили (о нем) выше, дабы показать, что он настолько же был славнeе, насколько жил раньше. Царь египетский не хотeл отпустить народ отцов (упомянутых выше). (Тогда) Моисей сказал священнику Аарону, чтобы тот простер жезл свой на все воды Египта. Простер Аарон, и вода рeчная превратилась в кровь, и никто не мог пить воду, и все погибали от жажды; у отцов же в изобилии была чистая вода (Исх. VII, 20). (И) бросили пепел к небу, и появились нарывы и горящие волдыри на людях и четвероногих. (Потом) они вызвали град с огнем пламенным, и уничтожено было все на землe. Помолился Моисей, и все стало по прежнему (in suam gratiam reverterunt): град прекратился, нарывы зажили, вода в рeках сдeлалась опять годной для питья (solitos potus tlumina praebuerunt) (IX, 10 и сл.).
93. В течение трех дней земля была покрыта мраком после того, как Моисей поднял руку свою и излил тьму (et tenebras infuderat). Умерло у египтян все первородное, у евреев же осталось невредимым. И попросили Моисея, чтобы он прекратил эти бeдствия; Моисей помолился, и молитва его была услышана (et impetravit) (Исх. X, 22; ХII, 29 и сл.). В римском полководцe (in illo) похваляется то, что он уклонился от обмана, в Моисеe (in hoc) же нас поражает (нeчто другое, именно), что посылаемыя[997] Богом наказания он по свойственной ему благорасположенности (propria virtute) отвращал даже от врага, ибо он, как говорит писание, был весьма кроток и мягок (Числ. ХII, 3). Он знал, что царь не сдержит своего слова, и однако считал честным молиться по просьбe других, благословлять обижающих и прощать тем, кто нападал (на него)[998].
94. Бросил (Моисей) жезл, и жезл сдeлался змием, который пожрал змиев египетских (Исх. VII, 12); этим предызображалось, что Слово сдeлается плотию и что чрез отпущение и прощение грeхов Оно обезвредит яд лютаго змия. Ибо жезл означает властное, могущественное царское слово, — (короче говоря): он есть знак власти. Жезл сдeлался змием, потому что Тот, Кто был Сыном Божиим. рожденым от Бога Отца, сдeлался человеком, родившимся от Дeвы, и, Кто подобно змию был вознесен на крест, Тот источает (цeлебный) бальзам (medicinam) на (смертельныя) раны людей. Почему и сам Господь говорит: «Как Моисей вознес змию в пустыни, так должно вознесену быть Сыну Человeческому (Iоан. III, 14)».
995
Cp. Cic. De off. III, 15, 64: Numquam igitur est utile peccare, quia semper est turpe, et quia semper est honestum virum bonum esse, semper est utile.
996
Cic. De off. III, 22, 86: quamquam id quidem cum saepe alias tum Pyrrh) a Frabricio consule iterum etc.
998
Такое незлобие было слишком высоко для Цицерона, и потому его предписания отличаются большей скромностию: (I, 11, 33) sunt autem quaedam officia etiam adversus eos servanda, a quibus injuriam acceperis.